Книга Милинери, страница 127 – Елена Чумакова

Из забытья Софью вывел настойчивый звонок в дверь. Первая мысль: «Петя!» заставила ее вскочить с постели. И тут же она почувствовала, что пол уходит из-под ног. Преодолевая головокружение и тошноту, держась за стенку, дошла до входной двери, открыла — на пороге, вместо сына, стоял немецкий офицер, за его спиной маячили автоматчик и человек в штатском. Военный небрежно отодвинул хозяйку с дороги и прошел в квартиру.

— Пардон, мадам, — вежливо приподнял шляпу штатский, — мы подбираем жилье для господ офицеров.

Между тем, офицер осматривал помещение, бесцеремонно открывая все двери. Зашел в кухню и брезгливо сморщился, вытащил из кармана носовой платок, прижал к носу. Софья вспомнила, что, готовясь к отъезду, плотно закрыла все окна и ни разу за прошедшее время не проветривала квартиру, не выносила мусор, что оставшееся на плите в кастрюльке рагу наверняка испортилось.

В гостиной были беспорядочно свалены коробки со шляпками, вывезенными из салона. Офицер слегка пнул сапогом одну из них:

— Was ist das?^[32]

Софья объяснила.

— Nachgucken,^[33]— немец отдал приказ солдату. Тот разорвал одну коробку, вторую, шляпки выпали на пол. Наступая на них, визитеры прошли дальше, в комнату Пети. Там тоже царил беспорядок. Петя, как многие подростки, не отличался аккуратностью, а уж после его торопливых сборов в комнате вообще все было раскидано. Офицер брезгливо оглядел помещение, все еще прижимая платок к носу. Указал на модели самолетов, заполнившие полки стеллажа:

— Откуда это? Кто сделал? — перевел штатский. Соня объяснила, что это работы сына.

— Где сын? — последовал вопрос.

— Проводит школьные каникулы у родственников, — нашлась Соня.

Офицер окинул ее пренебрежительным взглядом.

— Weinestall passt mir nicht^[34] — бросил он переводчику, направляясь к выходу.

— Пардон, мадам, ваша квартира нам не подходит, — перевел тот Софье, и непрошеные гости покинули ее дом.

Заперев за ними дверь, она хотела было вернуться в комнату Пети, но в испуге остановилась, увидев перед собой в полумраке прихожей странное существо с белым лицом в обрамлении всклокоченных волос. Дрожащей рукой нащупала выключатель. Оказалось, что это ее собственное отражение в большом, в полный рост, зеркале. Но как же она изменилась за это короткое время! Отекшее лицо с ввалившимися глазами, седые прядки на висках, растерянный потухший взгляд… Петя, вернувшись, не узнает ее! А что бы сказал Марк, увидев ее такой? Нет, так распускаться нельзя, надо взять себя в руки. И она громко сказала своему отражению: «Мой сын жив! Я буду его ждать. Петя обязательно вернется!».

Софья распахнула все окна, свежий воздух ворвался в дом, шторы затрепетали на сквозняке. Она собрала все испорченные продукты и вынесла мусор на черную лестницу, приняла душ, уложила волосы. Теперь из зеркала на нее смотрела почти прежняя Соня, разве что постарше и бледная, словно после болезни. «Это ничего, это пройдет», — сказала она сама себе. Хотела было приняться за уборку, но вновь почувствовала головокружение. Вспомнила, что все это время ничего не ела, неудивительно, что сил совсем нет. Хочешь — не хочешь, а придется идти на улицу, чтобы где-то перекусить или купить продукты.

Выйдя из дома, она с удивлением обнаружила, что в городе почти ничего не изменилось, разве что машин стало гораздо меньше. Мимо нее проехала велосипедистка, мелькая круглыми коленками. Прошел мужчина с таксой на поводке. Две женщины разговаривают у входа в булочную. Все, как обычно, словно нет никакой войны. И соседняя кондитерская работает, как всегда. От аромата свежей выпечки чувство голода стало нестерпимым. Софья толкнула дверь и вошла внутрь.