Онлайн книга «Между строк и лжи. Книга 2»
|
Тусклый ноябрьский день за окнами «Бостон Глоуб» едва разгонял полумрак в огромном редакционном зале, где газовые рожки и первые электрические лампы уже боролись с надвигающимися сумерками, отбрасывая желтоватые блики на море склоненных голов и разбросанных бумаг. Неровный, лихорадочный перестук десятков пишущих машинок сливался в единый металлический хор, прорезанный нетерпеливым дребезжанием телефонов и обрывками фраз — кто-то спорил у стола выпускающего редактора, кто-то торопливо диктовал заметку невидимому стенографисту на том конце провода. Воздух был тяжелым, почти недвижным, насыщенным привычной смесью запахов — кисловатый дух типографской краски, горечь дешевого табака, вездесущая пыль старых подшивок, — но сегодня к ним примешивался и резковатый запах мокрой шерсти от пальто, сохнущих у радиатора. Под высоким, местами облупившимся потолком плавали клубы дыма, а на столах громоздились горы рукописей, пересыпанных пустыми кофейными чашками и переполненными пепельницами — поле недавней битвы за сенсацию. Вивиан сидела за своим столом у окна, чувствуя себя пленницей в этом царстве хаоса и новостей. Нога, затянутая в тугую повязку доктора Хана, ныла тупой, монотонной болью, заставляя ее то и дело менять положение, а ненавистные костыли, одолженные у миссис Эллиот, нелепо притулились к стене рядом, служа молчаливым укором ее недавнему безрассудству. Мистер Грэм, увидев ее утром входящей в редакцию, опирающейся на костыли, с бледным лицом и тенью синяка на скуле, был непреклонен: никаких выездов, никаких расследований, пока доктор Хан не даст разрешения. Сидеть в редакции и писать. И не дай Бог, не о портовых махинациях или коррупции в мэрии. Нет, ей милостиво поручили колонку «Достопримечательности Бостона» — задание, от которого сводило зубы от скуки и которое казалось издевательством после всего пережитого. Она зло ткнула пальцем по клавише старенького «Ремингтона»: Старая Северная Церковь, свидетельница Революции, возносит свой шпиль к хмурому бостонскому небу… Банальщина, скука смертная! Где-то там, на улицах города, Дэш сейчас наверняка «рыскал», как он сам выражался, по своим сомнительным каналам, пытаясь разговорить адвоката Абингдона или найти следы неуловимого Блэкмора, а она, Вивиан, вынуждена описывать гранитные фасады и бронзовые статуи! Ярость и досада душили ее. Она вспомнила лицо Дэша этим утром, когда он увидел ее на пороге редакции, ковыляющую на костылях. Удивление, неверие, мгновенно сменившиеся тревогой и плохо скрываемым гневом (скорее на обстоятельства, чем на нее, хотелось ей верить). «Харпер, какого дьявола?!» — прорычал он тогда, бросаясь к ней. Надо было видеть его лицо в тот момент! Воспоминание заставило ее против воли улыбнуться — криво, невесело. Да, Уиттакер умел быть невыносимым, но его неподдельное беспокойство было сейчас едва ли не единственной точкой опоры в этом враждебном мире. Вокруг ее стола росла гора скомканных черновиков. Она снова напечатала несколько слов, сделала глоток остывшего горького кофе из щербатой кружки, перечитала написанное. Величественный Капитолий штата Массачусетс, увенчанный золотым куполом… Тьфу! Она с силой выдернула лист из машинки, яростно скомкала его и швырнула на пол к остальным бумажным «снежкам». |