Книга Между строк и лжи. Книга 2, страница 25 – Елизавета Горская

Она внимательно наблюдала за реакцией вдовы, стараясь уловить малейшие изменения в ее лице или голосе. Дэш молчал, но его присутствие ощущалось — он сидел чуть поодаль, его взгляд был так же внимателен и сосредоточен. Они были здесь не как сочувствующие визитеры, а как репортеры, ищущие правду, какой бы неудобной она ни была.

Прямой вопрос Вивиан повис в тяжелой тишине гостиной, нарушаемой лишь мерным тиканьем часов и тихим треском поленьев в камине. Элеонора Чендлер не отвела взгляда, ее светло-голубые глаза, до этого момента казавшиеся почти бесцветными, на мгновение потемнели, словно отразив тень давней боли или страха. Ее тонкие пальцы в черных митенках чуть заметно сжались на подлокотнике дивана. Она сделала едва уловимый вдох, прежде чем ответить, и голос ее прозвучал еще более ровно и отстраненно, чем прежде, словно она воздвигла невидимую стену между собой и назойливыми вопросами посетителей.

— Трудности, мисс Харпер? — она слегка склонила голову, и в этом движении было что-то отстраненно-вежливое, как у человека, привыкшего скрывать свои истинные чувства за безупречными манерами. — Боюсь, я мало что могу вам рассказать о делах моего покойного мужа. Арчибальд был человеком… сдержанным. Он не имел привычки посвящать меня в тонкости своих коммерческих предприятий. Он всегда говорил, что бизнес — не женское дело, и старался оберегать меня от лишних волнений.

Она произнесла это с достоинством, но Вивиан уловила легкую нотку горечи или обиды в ее голосе — горечи женщины, которую держали в стороне от жизни собственного мужа.

— Мы понимаем, миссис Чендлер, — мягко вмешался Дэш, его голос звучал на удивление сочувственно, без обычной иронии. — Но, возможно, вы замечали какие-то перемены в его настроении незадолго до… трагедии? Он не казался вам встревоженным или подавленным?

Миссис Чендлер на мгновение прикрыла глаза, словно пытаясь воскресить в памяти образы прошлого. Линии у ее рта стали резче.

— Арчибальд всегда был серьезным человеком, мистер Уиттакер, — медленно проговорила она, снова открывая глаза. Ее взгляд был устремлен куда-то мимо них, на портрет мужа над камином. — Последние месяцы… да, пожалуй, он был более молчалив, чем обычно. Часто запирался в кабинете, подолгу сидел над бумагами… Иногда я слышала, как он разговаривает по телефону — голос у него был напряженным, резким… Но он уверял меня, что все в порядке, лишь временные деловые затруднения.

Она сделала паузу, провела кончиком пальца по резному краю подлокотника.

— Он никогда не говорил о своих партнерах? — осторожно спросила Вивиан. — О мистере Пайке или мистере Блэкморе?

При упоминании этих имен лицо миссис Чендлер неуловимо изменилось. Она слегка нахмурилась, словно пытаясь вспомнить, или, возможно, решая, стоит ли говорить.

— Мистер Пайк? Джонатан Пайк? — переспросила она, и в голосе ее послышалось легкое пренебрежение. — Да, Арчибальд упоминал его несколько раз. Кажется, он не слишком ему доверял. Говорил, что Пайк человек… — она помедлила, подбирая слово, — …не слишком щепетильный в делах. Азартный, кажется. Арчибальд опасался, что его рискованные махинации могут повредить репутации компании.

— А мистер Блэкмор? Сэмюэль Блэкмор? — настойчиво повторила Вивиан.

Миссис Чендлер покачала головой, ее лицо снова стало отстраненным.