Онлайн книга «Её Сиятельство Графиня»
|
Замолчала, словно он мог дать мне ответ — но ответа не последовало. — Видимо, не заслужила. Одна мне сейчас радость, думать, что ты всё понимаешь, чувствуешь, каешься. Иначе же в чём смысл такого наказания? Нет, беспамятства ты не заслужил, не заслужил забвения — лишь влачение в тюрьме собственного же тела. Кто знает, может, Бог, Милостивый, искупит тем твои грехи и введёт в Свои Сады без счёта?.. А я же, за бессердечие, за мстительные мысли, буду обречена на вечные страдания. Слюна пеной скопились на улыбающихся губах Фёдора, словно тем самым он хотел сказать: «Плевал я на твои морали!» Это зародило в груди немыслимое раздражение, такую нездоровую злость, что захотелось прижать к рыхлому, расплывшемуся в одебелой неге лицу подушку и не отпускать, пока бездвижное тело не испустит последний вздох. Я сжала челюсти, зубы скрипнули, и ничего мне больше не оставалось, кроме как вылететь из покоев моего собственного злого рока. Никто из Вавиловых его не избежал — я не исключение. Кинжал так и теплился в руке, словно я могла бы им воспользоваться. Не могла. Конечно, не могла — из трусости боле, чем из богобоязненности, оттого лишь сильнее себя ненавидела. * * * В свет отныне я не выходила. Боялась не встречи с князем — собственной слабости. Теперь, когда я знала, что чувства мои взаимны, становилось страшно. На что способны два увлечённых сердца? О-о, на многое, но в первую очередь на то, чтобы найти себе тысячу и одно оправдание… Повода для оправданий я создавать не хотела. Выжидала, покуда это паскудное щемящее чувство внутри не затихнет. Мерзкие осы роились в желудке, щекотали его стенки, вызывали тошноту… Нет, я привыкла держать чувства в узде. И как хорошо, что есть дело, в которое можно окунуться с головой! Кружевная мануфактура начала работу. Ещё не все кружевницы поступили, но и без того дело шло бодро — завезли сперва только лён, шелка задерживались, а потому женщины не нервничали излишне. С шёлком им работать не хотелось — страшно, ответственно, каждый привык, что и за ломанную шпильку могут высечь, а тут — драгоценный материал. Искоренять этот страх я собиралась шаг за шагом, и для начала мне потребовалось выписать каждой труженице мзду — за работу. Пока они плели без продаж — про запас — но в ближайшую же ярмарку мы планировали представить товар широкой публике, а как только появится шёлковое кружево, его носить буду я, тем самым привлекая к товару внимание дворянок. Затворничала с месяц, но вечно это продолжаться не могло, а потому я вышла в свет — и сразу на очередное собрание в Кружке. Встретить князя и боялась, и жаждала. Не знала, как справлюсь. Встречу — осталась ли между нами прежняя дружба? Не встречу — а переживу ли я ещё хоть день без него? Просто бы издали, но мне так хотелось его увидеть… — Ваше сиятельство, отрадно видеть вас сегодня, — первым встретился мне Некрасов. Он замедлился, и в залу мы вошли вместе, тут же привлекая внимание и остальных хорошо знакомых мне господ. — Наш аленький цветочек, что за счастье снова видеть вас на этом скучном собрании! — Графиня, вы как всегда очаровательны! — Лизавета Владимировна, — ко мне навстречу вышел Милютин — правая рука княгини Елены Павловны по вопросам крепостных реформ. — Мы жаждали вашего возвращения! Её высочества сегодня нет, но я думаю они простят мне, если я сам поведаю вам о предстоящем грандиозном событии! |