Книга Её Сиятельство Графиня, страница 101 – Лика Вериор

Проверка заняла время — именно эти пистолеты требовали особого внимания. Мирюхин переминался с ноги на ногу, нетерпеливо поглядывая на секундантов.

— Торопитесь куда-то, Илья Егорович? — насмешливо поинтересовался Демид.

— Да. Не люблю оставлять Лизу одну.

Демид скрипнул зубами. Заявление показалось ему слишком интимным, он точно знал, между Лизой и Ильёй ничего нет и не будет, но эта проклятая ревность!

Мирюхин смотрел с вызовом: с тем же взглядом он требовал от Демида убраться из столицы, с тем же — вызывал на дуэль. В нём отражалась прыть и горячность молодости, которых в усталых глаза Демида найти уже было невозможно. Но куда важнее — в глазах Ильи Демид видел Лизу. Тот же огонь, та же мгла непонимания, тот же вызов и протест! Определённо, её глаза — то, что он хотел бы увидеть перед смертью.

— Заряжаем, — распорядился Безруков.

Дуэлянты молчали, пока секунданты засыпали в стволы порох, вкатывали пули, утрамбовывали их шомполами. Тишину нарушал только чавканье влажный листьев под ногами и излишне живой, задорный, щебет птиц.

Не смотря на просьбу дуэлянтов, секунданты всё равно сделали испытательный выстрел. Они явно не торопились — ещё немного возни, тихое обсуждение. Очередная проверка.

— Мы всё равно не передумаем, — крикнул им Илья. Демид не мог не согласиться.

— Всё должно быть точно, — отметил Толстой и, наконец, удовлетворившись проверкой, передал пистолет подопечному. То же сделал и Бузруков.

— Спуск раньше времени не нажимать, — предупредил Лев. — Расчёт шагов произведён, оружие проверено. Стволы вверх! Господа, по моей команде: «Раз-два-три», — стреляйте на счёт «три»!

Демид держал пистолет в правой руке. Левой было бы проще, но он намеренно выбрал травмированную. Он не хотел попасть. Откровенно поддаться не мог — Мирюхин бы сразу понял, оскорбился бы ещё сильнее и уже не в дуэли — голыми руками попытался бы расправиться с Демидом. Не поднять пистолет — тем более, тогда бы Мирюхин вовсе отказался стрелять. Оставалось сделать вид напряжённой деятельности — ведь никто не знает, что правая рука Демида едва держит пистолет, а пальцы шевелятся так плохо, что вряд ли получится нажать на спуск.

— Один!

Демид поднял пистолет. То же самое сделал и Мирюхин.

— Два!

Целиться? Да, хотя бы сделать вид. Закрыть один глаз, выпрямить спину.

Главное не давать руке слишком уж дрожать, прицелиться… пусть будет — куда-нибудь справа от Ильи. Пуля просвистит мимо и, скорее всего, вонзится в один из стволов. Конечно, Льву придётся потрудиться, выковыривая её — ведь следов дуэли оставить нельзя, — но ничего, он справится.

— Три!

— Стойте!

Парный выстрел — одновременно с выкриком. Глухой хлопок, эхо ушло в небо, с деревьев с криком сорвались птицы, а вдалеке беспокойно заржали кони.

Демид ошалело обернулся на выкрик — к ним спешил всадник, на ходу спрыгивая на землю.

Выстрелы были, но он цел. А Мирюхин?..

Тоже! Такой же удивлённый и — едва заметно — напуганный.

Оба промазали!

— Это Лизин конюх, — узнал его Илья. — Что-то случилось дома.

— Что происходит? — резко спросил Демид, когда конюх оказался рядом.

— Барыню забрали!

— Что?! — Мирюхин шагнул ближе, крепче сжимая пистолет.

— Кто?!

— Куда?! — Демид задал главный вопрос.

— В Зимний. Прибыл Тимашев, срочное предписание.