Онлайн книга «Любовь Советского Союза»
|
По всему театру стоял грохот – рабочие и молодые актеры заколачивали ящики с реквизитом, костюмами, бутафорией и прочим театральным имуществом, которые можно было увезти. «Узбекская ССР. Г. Ташкент, ул. Им. Коминтерна. Драматический театр им. Хамзы», – старательно переписывала с бумажки на стенку ящика актриса Сазонтьева, давняя недоброжелательница Галины. Она поставила на пол ведерко с черной краской и отошла в сторону, любуясь своей каллиграфией, и здесь чуть не столкнулась с Ковровой. — Здравствуй, – поздоровалась она, – слышала?.. Меня не берут! — Нет, – равнодушно ответила Галина, – почему? — Не представляю такой ценности, как другие, – охотно ответила Сазонтьева, – эвакуируют ведь самое ценное! Она зло посмотрела на Коврову. — Ну да ладно! Проживу как-нибудь! А вот вы… для кого же вы там играть собираетесь, Галина Васильевна? Для дехкан[82]? Или для змей со скорпионами? — Для дехкан, – так же зло ответила Коврова. – Знаешь, за что тебя в эвакуацию не берут? — Знаю, – снисходительно ответила Сазонтьева, – за правду, за принципиальность, за то, что талантливей многих из тех, кто едет… — Нет… – прервала ее Галина, – за ядовитость, Сазонтьева! Там и без тебя скорпионов хватает. Когда Галина ушла, Сазонтьева вернулась к ящику, сладострастно обмакнула кисть в ведерко с краской и написала пониже адреса: «Возврату не подлежит!» В их совместной с Галей гримерке Таисия собирала в сумку косметику, туфли, фотографии, безделушки, накопившиеся за годы пребывания в театре. — Здравствуй, Галька. Эвакоталон получила? – сразу же спросила она. — Все я получила, – устало ответила Галина, садясь за свой столик. – Меня сегодня патруль остановил для проверки документов, – сообщила она. — И что? – удивилась Таисия. — И ничего! – уверенно ответила Галина. – Они меня не узнали! Как я выгляжу? – вдруг встрепенулась она. – Плохо? Таисия подошла к ней, внимательно всмотрелась в лицо: — Нормально ты выглядишь… как всегда. Разве что похудела немного. — Люди очень злые стали, – вдруг сообщила Галина. – Все! — Была? – присела рядом Таисия. — Была. – Галина открыла ящик гримерного столика, мрачно поворошила содержимое и, ничего не взяв, закрыла ящик. – Известий нет ни о нем, ни о Мише… и, как я поняла, у них вообще нет известий. — А нам через три дня уезжать, – опечалилась Таисия. — Я не поеду, – покачала головой Галина. — Ты что? – испугалась Таисия. – Как это не поедешь? Кто тебе разрешит не поехать? — Кто мне запретит? – зло спросила Галя. – Толика, маму и теток отправлю в Свердловск, а сама буду сидеть в Москве и ждать его, пока не дождусь! — Немцев ты дождешься, а не его! – покраснела от досады Таисия. – Немцы через неделю Москву возьмут! — Таська! – изумилась Галина. – Ты ума лишилась? Что же ты такое говоришь? — То, что все знают! – Тася наклонилась к самому уху Галины и лихорадочно зашептала: – Сталин с правительством давно из Москвы уехали по подземному тоннелю! Генералы все уехали! Политбюро! А Кремль, канал имени Москвы и Большой театр заминировали! Как немцы войдут – все взорвут и город затопят! — Я не верю, – отодвинулась от подруги Галя. — Я тоже не верила, пока Киев не взяли! – торжествуя, ответила Таисия. — То Киев… – неуверенно возразила Галина, – он от границы недалеко… может, оборону не успели организовать? |