Книга Я – Мелантэ, страница 21 – Джо Смит

— Телемах, – сказала она, её голос мелодично колыхнул воздух, но в нём звучала сдержанная дрожь. – Твоя мать просит тебя вернуться.

— Что случилось, Климена? – спросил он, не убирая руки. В его голосе звучала мягкость, но я почувствовала, как он сразу напрягся, словно предчувствуя неладное.

— Женихи снова во дворце, – сказала она, её взгляд вновь метнулся к моей фигуре. В этой короткой паузе я уловила ревность, смешанную с неуверенностью. – Они привезли дары и требуют ответа. Госпожа Пенелопа больше не может их задерживать.

Телемах выпрямился, и его лицо утратило привычное тепло.

— Сколько их? – спросил он ровным, но холодным тоном.

— Достаточно, чтобы создать неприятности, – ответила Климена, опуская глаза. Но затем, поколебавшись, подняла их снова, и я заметила в её взгляде что-то большее, чем тревогу – боль. – Они начали говорить о тебе.

— О чём именно? – его голос звучал спокойно, но я уловила в нём скрытую напряжённость.

— Они уверены, что твоё недавнее путешествие было не просто попыткой помочь матери, – быстро проговорила она, словно пытаясь избавиться от тяготивших её слов. – Они считают, что ты ищешь союзников, чтобы избавиться от них.

На её последних словах моё дыхание сбилось. В этих обвинениях звучала угроза, которая была пугающе реальной. Но её взгляд, когда она посмотрела на меня, скрывал что-то ещё. Это было не просто недоверие, а уязвимость, смешанная с чем-то более личным.

— Мы пойдём вместе, – сказала я, стараясь говорить спокойно, хотя в груди билось предчувствие опасности. – Ваша госпожа должна знать, что её сын рядом.

Климена замерла, её тонкие губы дрогнули, как будто она собиралась возразить, но в итоге осталась молчаливой. Её взгляд, однако, сказал больше, чем слова.

— Ты права, – сказал Телемах, мягко касаясь моего локтя. В его прикосновении ощущалась решимость, но вместе с тем – мимолётная тревога. – Но будь начеку. Эти люди не признают границ.

Мы отправились к дворцу. Климена шагала впереди, её лёгкие движения были полны грации, но в каждом её шаге чувствовалось напряжение. Она время от времени оглядывалась, её взгляд был настороженным, почти подозрительным.

Телемах шёл рядом, иногда его пальцы едва касались моей руки, словно он хотел убедиться, что я всё ещё рядом. Его молчание говорило о многом – о напряжении, готовности действовать, и, возможно, о том, что нас ждёт впереди.

Когда вдали показались массивные стены дворца, моё сердце сжалось. Казалось, воздух вокруг нас становился плотнее, словно предвещая приближение грозы.

Зал дворца, освещённый огнём факелов, казался одновременно величественным и угрожающим. Пир, который должен был быть знаком единства, на деле напоминал арену для состязания. Женихи, раскинувшись за длинными столами, пили вино и обмениваются громкими шутками. Их взгляд то и дело возвращался к Пенелопе, сидящей на своём месте с достоинством, словно время и обстоятельства не имели над ней власти.

Пенелопа встретила эти взгляды с холодным спокойствием. Её поза была безупречной, её руки, сложенные на коленях, выдавали внутреннее напряжение лишь тому, кто знал её достаточно хорошо.

Один из женихов, крупный мужчина с густой чёрной бородой, поднялся, держа в руке кубок. Его голос прорезал шум, как нож: