Книга Я – Мелантэ, страница 20 – Джо Смит

— А ты… ты кажешься мне чем-то настоящим, – прошептала я, взглянув на него. Мои слова прозвучали слишком искренне, чтобы я успела их сдержать.

Его взгляд скользнул к моим губам, и в этот миг я почувствовала, как время замедлило свой ход. Мир вокруг нас словно разом стих: звуки птиц угасли, ветер успокоился, даже море замерло в ожидании. Между нами повисло невыразимое напряжение, наполненное обещанием.

— Могу я? – прошептал он, так тихо, что его голос был похож на едва уловимый вздох ветра. Его слова были полны осторожности и скрытой неуверенности, будто он боялся нарушить магию этого мгновения.

Я лишь кивнула, и он придвинулся ближе. Когда наши губы встретились, это было, как первое прикосновение рассветного света к ещё спящей земле – осторожное, но исполненное глубины и тепла. Его поцелуй был нежным, но в то же время решительным, словно он ждал этого мига больше, чем мог бы признать.

Его рука скользнула к моей щеке, пальцы мягко провели по коже, оставляя после себя ощущение тепла и покоя. Я почувствовала, как его прикосновение заполняет пустоту внутри меня, как будто возвращает меня к чему-то забытому, но бесконечно важному.

Мир вокруг исчез. Не было ни шума листвы, ни щебета птиц, ни далёкого рокота волн. Оставались только мы – два человека, разделённые эпохами, но в этот миг единые, как две половины одного целого.

Его поцелуй говорил больше, чем слова. Это была клятва, исполненная обещаний, которых он, возможно, ещё не осознавал. В каждом его движении чувствовалась честность, простая и пронзительная, как сама природа вокруг нас.

Когда он отстранился, его взгляд остановился на моих глазах, полных ещё не высказанных эмоций, словно он искал подтверждение того, что это было реальным.

— Ты… – начал он, но замолчал, будто боялся разрушить волшебство.

Я провела рукой по его щеке, чувствуя, какая его кожа тёплая под моими пальцами.

— Это было больше, чем я могла себе представить, – прошептала я, глядя ему прямо в глаза.

Его ответная улыбка была тёплой и обнадёживающей, как первые лучи солнца после долгой ночи. В этот момент всё остальное стало неважным. Мы остались сидеть рядом, под солнечным светом, который, казалось, обнимал нас, и я вдруг поняла, что этот миг будет со мной всегда.

Мир вокруг нас начал пробуждаться: мягкий шелест листвы, отдалённое щебетание птиц и мерное журчание воды постепенно заполнили тишину. Время, словно великодушный даритель, подарило нам мгновение, но его щедрость оказалась недолгой.

Резкий звук лёгких, стремительных шагов по каменистой тропе заставил нас вздрогнуть. Я обернулась и увидела девушку. Её стройная фигура была освещена солнечными бликами, а светлые волосы мягкими волнами спадали на плечи, отражая золотистый свет. Щёки её пылали румянцем, то ли от недавнего бега, то ли от чего-то другого. Льняная одежда с тонкой вышивкой подчёркивала её простую элегантность, а на шее покачивался серебряный кулон в форме ракушки, мерцая, словно указывая на её связь с морем.

Она замерла, едва заметив нас. Её карие глаза скользнули к Телемаху, а затем остановились на его руке, всё ещё лежавшей на моём плече. На мгновение она застыла, и я увидела, как её лицо изменилось. Румянец на щеках стал ярче, но в нём уже читались не усталость, а горечь и напряжение.