Книга Лоренца дочь Великолепного, страница 85 – Ева Арк

— Последний раз его видели на дороге в Болонью, – сообщила Джованна. – Что же касается его братца кардинала, то он, покинув свой дворец, в пурпурной шапке прошествовал по главной улице к церкви Орсанмикеле и толпа из уважения к его сану поначалу расступалась. Но этот толстяк сам допустил оплошность, крикнув: «Народ и свобода!» Говорят, такой совет дал ему повар, мол, таким образом он завоюет благосклонность черни. Однако вместо этого толпа разразилась улюлюканьем, хохотом и бранью, которая неслась ему вслед, пока он пробивался к собору, чтобы найти там убежище. Потом в него полетели камни и палки. А когда телохранители кардинала схватились за оружие, их забросали камнями и многих ранили. Тогда он бросился обратно в свой дворец и приказал слугам завалить ворота. Какой-то францисканский монах, нашедший у него приют, передал кардиналу своё платье и они покинули дворец с чёрного входа. А у ворот Сан Галло люди Орсини снабдили их лошадьми.

— Видит Господь, кардинал получил по заслугам, – спокойно прокомментировала рассказ своей племянницы мать Маддалена.

— А что случилось с Джулиано Медичи? – поинтересовалась Лоренца. – Ему удалось спастись?

— Кажется, да. Известно, что из ближайших родственников правителя никого нет в городе.

Лоренца, которой нравился Джулиано, облегчённо вздохнула.

— Интересно, что же будет дальше? – словно размышляя вслух, произнесла настоятельница.

В ответ Джованна пожала плечами:

— Это известно только Богу, тётушка. Но сегодня в полдень французский король совершит торжественный въезд во Флоренцию.

Судя по всему, молодая Альбицци специально приберегла эту новость напоследок. Однако не успела она насладиться произведённым эффектом, как у Лоренцы вырвалось:

— Я бы хотела посмотреть на это!

Мать Маддалена вздохнула:

— Нет ничего легче, дитя моё. Медичи бежали и ты перестала быть их пленницей.

— Но, тётушка, я ничего не понимаю! – растерялась Джованна. – Разве сестра Лоренца не добровольно ушла в монастырь?

— Я думаю, что нужно рассказать всё твоей племяннице, преподобная матушка.

— Это тебе решать, Лоренца.

Узнав о том, что её новая подруга – дочь Великолепного, Джованна всё-таки смутилась.

— Ах, тётушка, но ты ведь могла хотя бы намекнуть мне! – укоризненно воскликнула она после того, как Лоренца коротко поведала ей свою историю.

— Сомневаюсь, чтобы ты после этого придержала свой язычок.

— Но я ведь много плохого наговорила Лоренце о Медичи!

— Я не обижаюсь на тебя, – заверила её дочь Великолепного.

— И всё же, они подло поступили с тобой!

— Мне кажется, тётушка, что Лоренца должна поселиться в нашем дворце, – обратилась затем молодая Альбицци к матери Маддалене.

— Но примут ли её твои родители?

— А ты порекомендуешь им Лоренцу как крёстницу своей подруги, которая приехала во Флоренцию навестить свою родню.

— В этом нет нужды, – возразила дочь Великолпеного, – я только посмотрю на въезд короля и вернусь в монастырь.

— Я долго думала, преподобная матушка, и решила принять постриг в Святой Лючии, – объяснила она удивлённой настоятельнице.

При этом девушка умолчала, что отлучка из монастыря была ей нужна для того, чтобы в последний раз взглянуть на Амори де Сольё.

— Ты хорошо всё обдумала, дитя моё? – ласково спросила мать Маддалена, в то время как её племянница словно онемела.