Книга Лоренца дочь Великолепного, страница 88 – Ева Арк

— Боюсь, что теперь он поменял кумира.

В этот момент воздух огласился приветственными криками: впереди показался король Франции, ехавший на великолепном чёрном иноходце под парчовым балдахином с боевым копьём в руках. По лицам флорентийцев Лоренца видела, что они были разочарованы внешностью Карла VIII. И, действительно, малорослый, неказистый король явно проигрывал на фоне окружавших его блестящих рыцарей. Внезапно взгляд девушки наткнулся на знакомый козлиный профиль. Настоятель Святого Марка ехал рядом с Карлом в своём обычном дырявом плаще.

Тем временем Томмазо рассказывал подругам:

— Ходят слухи, что фра Джироламо, прибыв во французский лагерь, сумел покорить короля и уговорил его удовольствоваться меньшей суммой контрибуции, чем двести тысяч дукатов. Поэтому, благодаря ему и Пьеро Капони (он едет слева от короля), нам теперь нечего опасаться французов. А вот и адвокат Веспуччи вместе с Франческо Валори, которого уже успели прозвать «Флорентийским Катоном». Они тоже помогали вести переговоры с Карлом. Эта троица, не считая Савонаролы, пользуется сейчас наибольшим влиянием в Большом Совете.

— А я думала, что Веспуччи поддерживают Медичи, – рассеянно произнесла Лоренца. – Ведь брат Великолепного когда-то любил генуэзску Симонетту, которая была из их семьи.

— Всё наоборот, – объяснил ей Кавальканти, – муж Симонетты Марко Веспуччи жутко ревновал её, хотя старался не показывать этого на людях. Поэтому нет ничего удивительного в том, что он и его братья тайно ненавидели Медичи.

И тут Лоренца увидела барона де Монбара. Девушке показалось, что он тоже заметил её. Однако она напрасно искала глазами Сольё. Вот уже прошёл последний швейцарский наёмник, а его всё не было. Снедаемая неясной тревогой, Лоренца попыталась утешить себя мыслью, что молодой человек, вероятно, остался в лагере. Толпа стала понемногу редеть и девушки, простившись с Томмазо, отправились во дворец Альбицци.

— Как ты посмела уйти тайком и без своей воспитательницы, Джованна? Девушка из семьи Альбицци обязана заботиться о своей репутации. Ведь наши враги только и ждут того, чтобы мы оступились! – такой гневной тирадой встретила их мать новой подруги Лоренцы.

У неё было красивое, но холодное лицо, а в каждом жесте проглядывала гордость, переходящая в высокомерие.

— Но я была не одна, матушка, – ответила Джованна, не проявив никаких признаков раскаяния. – Наша соседка, донна Джиневра, как раз собралась ехать на свою загородную виллу и я попросила её довезти меня до монастыря Святой Лючии, так как мне очень хотелось навестить тётушку. Что же касается Франчески, то она ни в чём не виновата.

— Вот видишь, донна Бьянка! – плаксивым тоном произнесла присутствующая тут же воспитательница молодой Альбицци, которая держалась одной рукой за пухлую щёку.

— Я сама разберусь во всём, Франческа! – сухо бросила ей мать Джованны и перевела взгляд на Лоренцу с монахиней.

— Сестру Августину ты знаешь, матушка, а это моя подруга донна Лоренца де Нери, – поспешно сказала Джованна. – Она – крестница тётушки и совсем недавно приехала из Франции. Надеюсь, вы с отцом не будете возражать, если донна Лоренца и сестра Августина поживут немного у нас?

Поздоровавшись с монахиней, которая вручила ей письмо настоятельницы, донна Бьянка затем поинтересовалась у дочери Великолепного: