Книга Лоренца дочь Великолепного, страница 196 – Ева Арк

Открыв перед гостями железную дверь, Марко пропустил их вперёд. По крутой неудобной лестнице девушка и её спутники взобрались в верхнее помещение башни, над которой были колокола. Почти половину его занимало какое-то странное сооружение, похожее на огромное крыло летучей мыши. Тут же возле окна сидел флорентиец, чьи волосы в лучах яркого солнца отливали золотом, и что-то вырезал из бумаги ножницами.

— Добрый день, Леонардо, – приветствовал его Кардано. – Ты всё ещё занят своей Большой птицей?

— Да, решил провести кое-какие опыты, – кивнул инженер.

Затем, бросив недовольный взгляд на своего домоправителя, добавил:

— Почему ты не отвёл гостей в мастерскую, Марко, и не попросил подождать их там?

— Я предлагал им это, но они не захотели, – пробормотал молодой человек и стал поспешно спускаться вниз.

— Ты действительно думаешь, что сможешь летать, как птица, мэтр Леонар? – потрогав диковинное сооружение, недоверчиво спросил д’Эворт.

— Почему бы и нет? – спокойно ответил флорентиец, выслушав перевод Кардано. – Ведь птица есть действующий по математическому закону инструмент, сделать который в человеческой власти со всеми его движениями. Правда, построенному инструменту не хватает души птицы и в данном случае её можно заменить душой человека.

— Но ведь это крыло гораздо тяжелее настоящего.

— Птица тоже тяжелее воздуха. Однако она может долго парить в небе, даже не взмахивая крыльями. Поэтому важно знать, что поддерживает её над землёй.

— И как ты собираешься это узнать?

— Сейчас увидите.

Вслед за Леонардо через отверстие в потолке они выбрались на площадку под звонницей. Сбросив плащ, флорентиец покачал в руках вырезанную из бумаги птицу, а затем с силой направил её в воздушное пространство. Взлетев вверх, она затем клюнула носом, но тут же, снова увеличив скорость, заскользила под гору. Почти над самой землёй птица вновь задрала клюв, и снова взмыла вверх, однако не так высоко, как раньше, и вскоре исчезла из вида.

— Благодаря движению воздуха, она сразу не падает вниз, – объяснил Леонардо. – И я собираюсь использовать это, когда придёт черёд моей Большой птицы.

— Мой друг часто покупает птиц, чтобы выпускать их из клетки для наблюдения полёта, – пояснил юрист Даниелю.

— В детстве мне приснился сон, будто ястреб, спустившись с неба, коснулся крылом моих губ, – тем временем задумчиво произнёс флорентиец.

— Ты собираешься испытать свою птицу, спрыгнув с колокольни, мэтр Леонар? – снова задал ему вопрос д’Эворт.

— Нет, здесь неподалёку есть гора Монте Чечери (гора Лебедя). Вот с неё-то мой помощник Зороастро и соглашается совершить прыжок вниз.

— Большая птица начнёт первый полёт со спины исполинского Лебедя, наполняя вселенную изумлением и молвой о себе все писания, – мечтательно добавил Леонардо.

— Хотел бы я посмотреть на это, – вздохнул Даниель, которого, судя по всему, не на шутку заинтересовали опыты флорентийского инженера.

Вполуха прислушиваясь к разговору мужчин, Лоренца засмотрелась сверху на красные черепичные крыши домов. Со звонницы хорошо было видно концентрическое устройство Милана. Его внутреннее кольцо образовывали отчасти разрушенные древние стены и другие оборонительные сооружения, а внешнее – русло канала, вода в котором в этот утренний час казалась подобной расплавленному золоту.