Книга Черный Спутник, страница 105 – Елена Ермолович

И Лёвка с грацией медведя побежал на конюшню. Планшет его остался лежать на перилах крыльца. Мора взял его, пролистнул несколько рисунков. Вот всадники Апокалипсиса в армагедвальдской кирхе, та незадачливая майолика – как четыре фарфоровых яйца на одном блюде. Портрет Рене – несмотря на кошмарную технику, весьма комплиментарный. Кристоф и Флорка – такие схожие и такие разные. И двое на крыше – шевалье здесь даже почти похож. Мора поднял глаза – крыша снова была пуста, но это ничего не значило.

«А Лёвка-то наш вовсе не бездарный…» – подумал Мора, захлопнул папку и поспешил в гостиницу, эвакуировать путешественников.

— Вот скажите, фройляйн Мегид, если даже ваши родственники и не настоящие всадники Апокалипсиса, в любом случае они, должно быть, очень сильные маги… – Карета отъехала от опасного Швайнберга уже на несколько вёрст, и Мора пытался добиться от Аделаисы хоть каких-то разъяснений. Они сидели друг напротив друга – Аделаиса опять рядом с Рене, а Мора – с Плаксиным. – Почему вы едете с нами, учиться рисовать у фрау Кульшток?..

— Фройляйн Керншток, – поправила Аделаиса.

— Хорошо, Керншток. Отчего вы не поступите в обучение к одному из ваших магов? Стали бы могущественной, делались бы невидимы, сеяли бы смерть с крыши магистрата.

— А если мне неинтересно сеять смерть с крыши магистрата? – ехидно отозвалась Аделаиса, и вредный Рене тут же влез в беседу:

— Представляешь, Мора, не все мечтают сеять смерть. Даже с крыши магистрата.

— Да ладно, папи, я понял… И всё же, фройляйн Мегид, почему? Рисование – а не магическое могущество?

— Я всегда успею взять уроки у господ Мегид, – объяснила Аделаиса. – Как вы поняли, господа Мегид если и не бессмертны, то очень долго живут. А художники живут – как все. Я не успею оглянуться, и госпожи Керншток не станет, и я не успею ничему научиться. А когда ещё в Вене появится новая женщина-портретист, неизвестно. Люди в моей жизни имеют обыкновение очень быстро… Как бы это сказать…

— Заканчиваться? – подсказал Рене.

— Ну да! – Аделаиса взглянула на него с благодарностью. – Только что были – и нет.

— У нас, стариков, тоже так, – грустно произнёс Рене. – Ровесники имеют свойство неожиданно заканчиваться.

— Вы совсем не старик! – с жаром воскликнула Аделаиса и, как всегда, покраснела.

Мора и Цандер Плаксин переглянулись.

— Ага, только грим к вечеру отчего-то покрывается кракелюрами, как полотна старых мастеров, – отвечал Рене.

Аделаиса посмотрела на его точёный профиль, вздохнула и обратилась к Море:

— Вопрос за вопрос, господин Мора, отчего мы спим днём, а едем ночью? Неужели нам не страшны разбойники? Мародёры?

— С Лёвкой – вряд ли. Да и мы с господином Плаксиным чего-то стоим и везём при себе оружие. Наша миссия такого свойства, что огласка для нас куда опаснее разбойников.

— А ваша магия, фройляйн, – дотронулся Рене кончиками пальцев до косы в кожаном чехле, и Аделаиса вздрогнула, – неужели она не защищает нас от разбойников?

— Я стараюсь, – тихо произнесла Аделаиса. – И я умею стрелять. А вы, Рене?

— Очень плохо, – признался Рене.

— Разве что глазами, – подсказал Мора.

— Весело с вами, – умилённо признал Плаксин. – И анекдотов вспоминать не нужно. Магия, салонный флирт… Что вы будете делать, Мора, когда мы закончим свою миссию в Вене?