Книга Пять убийственных игр, страница 109 – Лэй Цзюнь

— Необязательно. – Али не пала духом и снова взяла планшет. Она закрыла окно с документом и перешла в галерею, пояснив: – Это план «Тесея».

Рис. 4–4. План «Корабля «Тесей» (2)

— Диаметр иллюминатора составляет восемьдесят сантиметров, – добавил Вань Чаоцзун, – и если человек не слишком толстый, то сможет пролезть.

— Но там же разбитое стекло, – с сомнением сказал я. – Кроме того, если предположить, что убийца попал в каюту шесть через иллюминатор, разве другие не могли бы сделать то же самое?

— Ну… всё не совсем так, – сказал Вань Чаоцзун с явной неловкостью. – Смотрите, угловое пространство между третьей и четвертой комнатами огорожено, там находится лестничная клетка. Закончив игру на нижней палубе, гости должны воспользоваться этой лестницей, чтобы подняться на верхний этаж и уже там найти окончательный выход. Поэтому сестра Ли, Шань Цзялян и Ци Яоинь не могли попасть в каюту шесть.

— Ага… – неуверенно согласился я. Но Вань Чаоцзун, похоже, не собирался останавливаться:

— Мы сделали плотные перегородки между соседними каютами – они обозначены пунктирной линией, – чтобы заблокировать свет из иллюминаторов, а также обеспечить звукоизоляцию, создавая атмосферу полного одиночества в море. Поэтому, если Лу Гохуэй, находящийся в седьмой каюте, вылез бы из иллюминатора и поднял перегородку, то смог бы добраться до шестой, и У Ань в восьмой ничего не заметил бы. А вот если б из восьмой попытались попасть в шестую, по пути преступнику пришлось бы пройти через седьмую, и его поймали бы на раз-два.

Вот как. Методом исключения мы пришли к выводу, что Лу Гохуэй имел наибольшие шансы совершить преступление. Однако если это именно преступление, у него должен быть…

— Если предположить, что Лу Гохуэй – убийца, каков его мотив? Если б погиб Шань Цзялян, все было бы ясно. Если б убили У Аня, это тоже можно было бы как-то притянуть за уши: мол, убийца перепутал, ведь они оба мужчины. Но зачем Лу Гохуэю убивать Фу Ицин?

— Потому что Фу Ицин и Шань Цзялян встречались. Если с его девушкой что-то случилось бы, это неизбежно нанесло бы огромный удар по Шань Цзяляну и заставило его отказаться от участия в соревновании на должность начальника. А Лу Гохуэй был бы выбран преемником Ли, – сказала Али серьезным тоном. – Конечно, Лу Гохуэй настаивает на том, что не знал об этом, но, скорее всего, он лжет…

— Погоди-ка, – остановил я ее. – Лу Гохуэй сказал, что не знал?

— Да, похоже, эти двое не рассказывали никому о том, что встречаются: внутри компании ближе всего с Фу Ицин общалась только Ци Яоин – они были соседками по квартире, – но она тоже говорит, что ничего не знала об их отношениях.

— Почему? У них в компании запрет на служебные романы?

— Полиция тоже задалась этим вопросом, но сестра Ли категорически отрицает это. Однако, по крайней мере, У Ань был в курсе. На самом деле, если б он случайно не упомянул об этом, Шань Цзялян не признался бы.

— Похоже на то… – Я нахмурился. – Шань Цзялян вызывает у меня все больше подозрений.

— По его словам, они встречались уже почти полгода. И держали отношения в секрете, потому что Фу Ицин сама хотела этого, но не говорила, почему конкретно.

— Как говорится, с мертвой не спросишь; этот парень теперь может говорить что угодно.

— Но Шань Цзялян был в каюте номер два, он не мог совершить преступление…