Книга Тайны Нового Орлеана, страница 47 – Хелен Берд

Если бы Вивьен могла! Но приворот – магия темная. Магия худу^[21]. Магия, которую используют лишь бокоры^[22]; Эрзули Даско же не одобряет принуждений, а Вивьен чтила Эрзули Даско и не нарушала ее повелений. Она поджала губы.

— Я не могу помочь тебе, девочка. Не в моих это силах. Уходи.

Она не ждала оплаты. Не ждала и благодарности, и лишь вздохнула, когда рыжеволосая и такая неуверенная в себе красавица, которой бы жить да жить, исчезла в пелене начавшегося ливня, хлопнув дверью. Не она первая, не она последняя, но тревога, прихватившая сердце, не отпускала.

Вивьен тяжело опустилась на стул.

Так и не успела она сказать, что одна из ракушек упала близко-близко к изображению Барона Самеди.

Смерть шла за милой девочкой по пятам. А, быть может, за ее мужем. Кто теперь уже разберет? Раз уж не дослушала предсказание – так оно и растворилось в темноте, улетев обратно к духам.

Сердце все еще тревожно сжималось. Тогда Вивьен заперла магазинчик и отправилась спать, а ее взволнованные мысли просочились следом за ней.

Пятнадцатое декабря 1994 года

Разговаривать о грозящей ему опасности Бен с Келли так и не захотел. За прошедшую неделю он заглянул к ним домой только однажды и изо всех сил старался не оставаться с Келли наедине, разговаривая по большей части с ее отцом и перешучиваясь с мамой, а, когда выходил на задний двор покурить, лишь раздраженно отмахивался от опасений. Будто вообще не хотел ничего с ней обсуждать.

— Я в порядке. – Он стрельнул в нее глазами из-под длинных темных ресниц. Бенджамин раздражался на ее заботу или на ее присутствие? Или на себя самого?.. Келли думала, что, быть может, на все вместе. И на то, как они хотели друг друга, тоже. Девушка всей кожей чувствовала это желание, словно покалывание мелких иголочек по телу. – Все, что мне грозит, Келс, это разорванный контракт с лейблом, но это не твоя забота. И уж точно не твое гребаное дело.

Она злилась. О, как девушка злилась его беспечности, его наплевательскому отношению к ее предупреждениям, но не могла заставить Бена даже выслушать!.. Могла только послать его к черту, но сказать проще, чем сделать.

Тогда девушка просто сказала ему, чтобы он был осторожен. Бен так ничего в ответ и не пообещал.

Больше парень у них дома и не появлялся, хотя Келли знала, что он видится с отцом, и они даже ходили вместе на ланч, когда оба были свободны. Каждое утро она просыпалась с замирающим сердцем и думала: все ли с ним хорошо? Почувствует ли Келли, если с Беном что-то случится? Она злилась на него, но не могла не волноваться, и этот страх постепенно слился с ней, стал ее частью.

И пока – слава Богине! – не оправдался. Была надежда, что не оправдается и потом.

Эмили все еще дулась на нее и не заходила даже в магазинчик. С утра обмолвилась за тарелкой плотного луизианского завтрака, что Стелла собирается провести ее по магазинам, и была такова. Келли тоже злилась, хотя понимала: она не права, и Эмс не обязана относиться к Стелле так же, как относится сама девушка.

Ведь Эмили не испытывала этой ревности, такой жгучей, будто в самую израненную душу насыпали кайенского перца. Сестра даже не знала, кто ее истинный, и на ее глазах, несмотря на все слова, все еще красовались «розовые очки».