Книга Не женское дело. Хозяйка мебельной фабрики 3, страница 120 – Дия Семина

Если бы эмоции могли сиять, то я бы сейчас ослепла. Сколько счастья в глазах Летти, отказалась бы от графа и постом кусала бы локти. Уж я знаю, что работа не самое ценное в жизни, беру её за руки и осторожно шепчу, чтобы не спугнуть её настрой, и любуюсь кольцом:

— Поздравляю! Какой неприлично, ужасно дорогой, красивый, огромный бриллиант! Он тебя искренне любит, и это великое счастье, что ты решилась.

— Да, были сомнения, но я теперь ничего не боюсь. Ой, слушай, я должна бы брата попросить вести меня к венцу, но я хочу попросить Ивана Петровича, это будет уместно? Савелий не обидится?

По моим щекам скатились сентиментальные слезинки. Виолетта — мастер создавать романтическое настроение. И она интуитивно чувствует и выбирает правильные решения.

— Это будет в высшей степени замечательно, иди и прямо сейчас обрадуй нашего папу…

— А он у себя…

— Скорее всего, у детей! Он теперь с ними почти каждую свободную минуту проводит, — улыбаюсь и решаю, что не смогу пропустить душещипательный момент.

Беру под руку сестру, и мы счастливые, спешим в детские комнаты. Догадываясь, что время не совсем урочное, и дети уже в постели, а Иван Петрович и Ия Максимовна, вполне возможно, сейчас ведут душевные разговоры наедине.

Но мы застали отца на диване, рядом с ним устроились дети и слушают сказку, какую Иван Петрович очень артистично читает малышам перед сном. А Ия сидит за столом и вяжет…

Мы почти влетели в небольшую гостиную и замерли от умиления…

Теперь понятно, почему отец так изменился за эти дни, почему в нашем доме вдруг стало спокойнее и легче теперь дышится.

Просто у нас поселилось счастье.

— Добрый вечер, ой простите, что отвлекаем, но у нас новость, Виолетте Модест Андреевич сделал предложение, и она хочет вас кое о чём попросить…

Решаю начать сама, а то от Летти не дождёшься, но она собралась и нерешительно начала.

— Я, кхм, мне, я хочу вас попросить стать моим отцом и провести к алтарю на венчании. Это мог бы сделать мой брат Савелий, так уж получилось, что мы с ним, оказывается, троюродные. Но мне будет очень приятно, если именно вы станете тем важным человеком, кто пройдёт со мной этот путь…

Краны открыть…

Мы все от приступа сентиментальной растроганности словили соринки в глаз, даже Иван Петрович, достал из кармана большой платок, не стесняясь, промокнул им глаза, встал и приобнял ещё одну дочку.

— Боже мой! Какая честь для меня, конечно, я с великой радостью. Я с первого дня тебя, дорогая моя, дочкой считаю, позволь, обниму тебя. Надо же, надо же… Как детки быстро растут.

Проговорил, словно и Виолетту сам пестовал с пелёнок.

— Но только по закону, нас обвенчают не сразу, всё пройдёт по правилам, с соблюдением традиций. Я сама так захотела, а с учётом всех постов и праздников, то это будет, наверное, апрель. Зато успею сшить самое красивое свадебное платье.

Чувствуется некоторая настроенность в её голосе, но учитывая последние события и не очень большой «купон» доверия у Модеста, лучше немного подождать и привыкнуть к новому положению дел. Проверить намерения жениха.

А с другой стороны, теперь мы связаны с княжеским родом, и Модесту действительно лучшей невесты, чем наша Виолетта, не найти.

Но когда она проговорила про свадебное платье, я вдруг поняла, что у меня назревает катастрофа, которая сегодня утром уже дала о себе знать.