Книга Не женское дело. Хозяйка мебельной фабрики 3, страница 118 – Дия Семина

— Да, но только на три четверти, от нашего рода вы тоже должны получить благословение. Если бы у Савелия была крепкая семья, она могла бы принять вас под своё крыло. Но он сирота, Шелестов вам никто, уж простите за такую жестокость. В нашем мире всем правит родовая связь. И с Савелием все перипетии приключились именно по причине его происхождения и сиротства, и с тобой. Вам необходимо срочно встать под сильное крыло.

Он смог нас удивить и подловить на незнании местных законов. Однако теперь аргументы показались более чем основательными.

— Но ваша жена, она не будет против?

— Она всё прекрасно понимает, и если бы не Савелий, то не стать бы мне канцлером. Так что мы тоже перед вами в неоплатном долгу. Если не любовь, то чувство благодарности в ней есть. Если бы я любил твою мать, или думал о ней, тогда было бы место ревности, но ничего такого нет. Есть только ты, дочь моя, твой муж и наш драгоценный наследник рода маленький княжич Разумовский.

Мы окончательно сдались. У моего биологического отца есть великий дар убеждения, и он им умело воспользовался.

Когда важные переговоры закончились и мы с облегчением осознали, что договорились, отец позвонил в колокольчик и нам подали всё, что не успели подать в первый раз.

Больше мы семейных вопросов не касались, и разговор пошёл по самой важной для меня теме бизнеса и про развитие промышленности, и про новостройки, без каких не будет притока рабочей силы на заводы, и про технический прогресс. Савелий и я, кажется, полностью раскрыли свою тайну, что мы не от мира сего. Но это не преступление, тем более, в том контексте, каком мы ведём свою работу.

Козни не строим, гадости не создаём, власть не пытаемся захватить. Только по мелочи, стараемся изменить мир в лучшую сторону.

К концу ужина у нас набралось столько поводов для последующих встреч, что мы сразу же и договорились, что один-два раза в неделю обязательно встречаемся за ужином или обедом и в менее пафосном ресторане. Пока так, но потом, когда привыкнем друг к другу, тогда сделаем следующий шаг в наших непростых отношениях.

— Береги мою драгоценную дочь, — князь пожал руку Савелию, а потом обнял меня. — Андрей Романович очень за тебя заступался, и теперь я вижу, что он прав. И счастлив, что ты превзошла все мои ожидания.

— Я ничего такого и не делала…

— И правильно, это и есть принцип аристократии, ценить себя, и не стараться понравиться, не заискивать, не торговаться, не юлить, но даже у меня не всегда получается. Всегда торгуюсь, если чувствую, что недостаточно убедителен в словах, потому подключаю старое доброе и проверенное средство убеждения…

Не поняла, к чему это он подводит.

— Вы сейчас на что-то намекаете? Простите, не могу уловить намёков.

— Да, намекаю. Тебе, как княгине нужно собственное имение, это тоже закон. Поэтому я взял на себя смелость вписать в прошение царю о жаловании титула на твоё имя небольшие, но перспективные угодья, на юго-западной окраине города…

Мне кажется, я сейчас растаю от счастья…

Орлов просто не знал, как меня подкупить, а князь понял, и я уже на всё вроде согласилась, но он, так сказать, заполировал наши с ним отношения и заставил сиять.

— Это же перспективный район, можно построить дома, и наш супермаркет, там тракт широкий по направлению к Москве. Это лучший подарок из всех, что вы могли для меня сделать. Спасибо огромное…