Книга Отогрею твою душу, страница 104 – Евгения Чащина

Тем не менее, поднимаюсь на ноги. Мне не терпится покинуть это место.

— Это правда, Влад, скажи мне, это все правда? — слышу истерические вопросы так называемой свекрови любимому сыночке, и его невнятное бормотание.

Я уже подхожу к двери, когда слышу фразу, которая меня останавливает.

— Я же видела Еву!

Я резко поворачиваю голову и внимательно смотрю на женщину.

— И где эта шалава таскала свой зад?! — гаркает Владюша.

Я не успеваю открыть рта и гавкнуть, ему делает замечание следователь.

— А уж не ваша ли это работа, выяснять такие подробности?! — бросается на следователя эта неприятная женщина. — Мы с сыном тоже очень хотим знать, где и с кем она пропадала!

— Гражданочка, вы до сих пор не поняли, что сотворил ваш сын? Он проиграл жену в карты, к потом устроил охоту за человеком, который помог вашей невестке, — хладнокровно выдал сделак.

— И кто свидетельствует против него? Она?

— Киллер, которого нанял ваш сын.

Инга Степановна стремительно бледнеет, сравнявшись цветом со стеной. Оседает на стул, хватается за сердце.

— Вы все врете! Мой сын не мог такого сделать! Это все он, — наманикюренный палец упирается в неуспевшего уйти меня.

Ну, конечно же я. Кто же ещё.

— Показания киллера, — перед носом женщины ложится листок, — видео с регистратора, — перед носом женщины планшет, где доказательство того, что меня вырубили.

Женщина хватает гаджет и пристально изучает то, что творится на экране.

— Влад, как ты мог?! — взвилась мамаша и швырнула планшет следаку, соскочила со стула и едва волосы не рвала на себе.

— Я давно тебе говорила, брось эту Еву, так нет же, люблю, жить не могу. Да ты осел, самый настоящий!

— Да, я ее любил, лучше бы сразу от тебя съехали.

— И хорошо, что под боком были, по крайней мере, чпиногрызов не наплодили, уж я об этом позаботилась.

Влад сорвался с места, и даже когда ему мешали наручники, схватил мать за грудки.

— Ты о чем?!

— Это я поила твою овцу противозачаточными, чтобы вы не размножались! Не нужны тебе дети от этой простушки.

— Ты идиотка?!

— Не смей так с матерью!

— Да ты мне жизнь сломала!

— Что ты такое говоришь, все ради тебя делала, — вижу, что женщина хватается за сердце, мне хватает секунды, чтобы сократить расстояние и подхватить женщину.

— Ищи таблетки, они в сумочке.

Следователь уже вызвал скорую, а ее сынок упал на пол и едва не рвал волосы на себе.

И конкурс на мать года выигравает эта мадам. Титул самой токсичной пизды остаётся у матери Вартана, её пока никому не удавалось переплюнуть на моей памяти, но это.

Держу ее в руках и испытываю отвращение всей душей. А потом в голове звучат два предложения.

Я видела сегодня Еву.

Это я поила твою овцу, чтоб вы не размножались.

И история. История, мерзкая, грязная, отвратительная, которую рассказывала мне Ева о непонятной ночи и мужчине в ее постели.

Меня начинает трясти от бешенства мелкой дрожью. А ещё от страха.

— Мне срочно нужно позвонить, — гаркаю, пытаясь пристроить куда-нибудь бессознательное тело этой мерзкой женщины и освободить руки.

Гурам

Мне нужно позвонить моей малышке и убедиться, что она в порядке. Потому что если свекровь что-то сделала Еве, её убьет не инфаркт, а я собственноручно.

— Вам лучше уйти, — следователь вызывает дежурного, тот определяет женщину на кушетку в коридоре.