Книга Отогрею твою душу, страница 103 – Евгения Чащина

Ну да, как же.

— Знаете, при всем уважении… Не впервые я в ваших местах. И прекрасно знаю, что на тех, кто сотрудничает со следствием, как правило, больше всего вешают. Человек с рыбьей фамилией отличный актёр. Вы бы отдали ему жену на поруки. А потом расследовали ее убийство так же неторопливо, как убийство моего клиента.

Следак срывается с кресла и в три шага оказывается у двери.

— Введите задержанного.

Через минуту в кабинете появляется изрядно помятый Карпов, с разбитой физиономией, хромающий.

— Чо, падла, хочешь сказать, под счастливой звездой ходишь, — дернулся в мою сторону этот утырок.

О, встреча века. Смотрю с презрением на этого человека. Мне действительно противно его видеть. Противно, что он касался моей женщины. Убил моего приятеля. Подставил меня.

Я провожаю его ленивым взглядом до его места, всеми усилиями воли заставляя себя сохранить лицо.

— А я вообще счастливый, — хмыкаю.

Ещё бы, ведь мое счастье теперь со мной. И каждый день делает все счастливее.

— Ты украл мою жену! — гаркнул Влад.

— Ты проиграл свою жену в покер, — парирую. — Она могла вернуться к тебе. Остаться со мной был её осознанный, — подчеркиваю это слово голосом, — выбор.

— Она всегда была шалавой, просто хорошо играла свою роль! — ударил кулаком по столу.

— Ничего, сейчас ты попадёшь в такие места, где шалавой станешь ты, — усмехаюсь, а взгляд ледяной, и лишь усилием воли заставляю себя не сжимать кулаки.

— Это не конец, Бероев, если ты думаешь, что эта потаскуха будет твоей, то ты ошибаешься, — ржет маниакально Карпов, — возможно уже нет твоей подстилки в живых, а ты здесь свою харю светишь.

— В дурку хочешь? Хренушки. С твоим смазливым таблом тебе будут рады голодные мужики, — отвечаю все с той же ледяной усмешкой.

Ева с Федором. Я верю, что она в безопасности. Знаю это.

— Пустите, там мой сын, — слышим женский голос.

— Туда не положено, следователь вызовет вас.

Вижу, что лицо Карпова меняется.

— Что она здесь делает?! — едва не визжит этот мудак.

— Пустите Ингу Степановну, — басит следак.

— Ей здесь не место, — гнет свою линию маменькин сынок.

Дверь распахивается, в кабинете врывается свекровь Евы и опаляет всех нас диким взглядом. Влад словно стал в половину меньше, сжался на стуле.

— Это правда?! Я не верю, что мой сын замешан в криминале.

Следователь хмыкнул и брезгливо посмотрел на Влада.

— Ваш сын проиграл жену в карты, потом заказал нападение на этого мужчину, а когда не выгорела фишка, он подставил Гурама Даниловича.

— Это не правда, сынок, скажи, что это все враньё!

Женщина поворачивает голову ко мне и смотрит с ненавистью, словно это я оклеветал ее сына.

О, как все запущено. Я, конечно, предполагал подобное. Но не настолько.

Влад в секунду стал мне омерзителен и перестал быть хоть немного интересен. Это даже не мужчина, чтоб бояться какой-либо конкуренции. А мамин мальчик. Тяжко ему придется в тюрьме.

— Он скажет вам все, что вы хотите услышать, как всю жизни и делал. Но факты говорят против него. Я же прав? — смотрю на следователя.

— Инга Степановна, нас ждёт длинный разговор, присаживайтесь. Гурам Данилович, на сегодня наша встреча закончена, всего наилучшего вам.

На сегодня. Прелестно.

— Сколько встреч еще нам предстоит? — уточняю, потому что такие вещи люблю знать заранее.