Книга Измена. Если муж кинозвезда, страница 91 – Алёна Невская

Улыбается своей неотразимой улыбкой:

— Я предпочитаю другое блюдо.

— И какое же?

— Тебя…

Внезапно мне становится так жарко, что я начинаю пылать, но детское желание повредничать бурлит в моей крови вперемешку с возбуждением.

— Сначала догони меня, — кричу я и, вскочив со стула, несусь из кухни в коридор.

Андрей смеется и пускается в погоню.

Догнав меня в коридоре, он вдавливает меня в стену и начинает целовать.

Его руки уверенно скользят по моему голому телу под его рубашкой, и я готова отдаться прямо в коридоре, но… Мне понравились догонялки, и, улучив момент, я взбегаю по лестнице наверх прямо в… объятия Алексея, появившегося неизвестно откуда.

Какое-то мгновение мы стоим так рядом, и я смотрю в прищуренные глаза, в которых ничего не могу разобрать.

— Отпусти ее! — голос Андрея где-то позади приводит меня в чувство, и я отскакиваю от Алексея, чуть не оступившись и не упав с лестницы.

— Она сама кинулась ко мне, — невозмутимо заявляет он, и на его губах появляется самодовольная улыбка.

Мне становится страшно. Перед глазами так явственно возникает картинка их прошлой ссоры, что я содрогаюсь, понимая, что сейчас некому будет их разнимать, если они снова затеют драку.

Спустившись на пару ступенек, я беру Андрея за руку, пытаясь этим жестом напомнить, что я рядом, и только его, и стараюсь поймать его взгляд.

Он прижимает меня к себе, но не смотрит, продолжая по-прежнему устраивать гляделки с братом.

Тогда я поворачиваюсь и умоляюще впиваюсь в глаза Алексея.

Он смотрит на меня глубоко, долго, внимательно и заявляет:

— Дадите пройти или так и будете стоять на лестнице?

Я сразу тяну Андрея вниз, надеясь, что все закончится мирно. Он послушно идет за мной, и как только мы входим на кухню, я закрываю дверь.

Андрей садится на стул, мрачно смотря перед собой, а я начинаю убирать грязную посуду, пытаясь отвлечь голову от будоражащих неприятных мыслей.

Когда до меня долетает звук двигателя уезжающей машины, чувствую облегчение.

Подхожу к Андрею, сажусь ему на колени и, положив голову ему на грудь, вздыхаю, понимая, что такова цена моего счастья.

Возвращаюсь домой вечером и первым делом звоню Юльке, пытающейся сегодня весь день дозвониться до меня.

— Ну как все прошло? — слышу вместо приветствия ее сгорающий от нетерпения голос.

— Незабываемо, — отвечаю я, понимая, что этим словом можно охарактеризовать как восхитительную встречу и близость с Андреем, так и инцидент на лестнице.

— И это все?

Понимаю, что она жаждет подробностей, но я не готова делиться всеми, и потому перечисляю только события:

— Мы встретились, поехали к нему, занимались любовью, ели. Потом приехал Лешка и немного испортил настроение. Но в целом все обошлось.

— Ну, как-то скудненько и без эмоций!

— Я так счастлива, что готова задушить тебя в своих объятиях, если бы ты была рядом.

Смеется.

— Хорошо, завтра я из тебя вытрясу побольше пикантных подробностей.

Улыбаюсь и возражаю:

— Завтра не получится. Я хотела отлежаться. Уже второй день слабость и головокружение.

— А тошнота есть?

— Нет.

— А задержка?

Задумываюсь.

— Ну, если только незначительная, но у меня часто так бывает.

— Ты не беременна? — вопит подруга из динамика.

— Юля, мы предохраняемся.

— Сто процентов не дают даже презервативы, — заявляет она, нагоняя на меня панику так, что мне становится не по себе, а она добавляет через мгновение: