Книга Жестокий никах: моя сестра заняла мое место, страница 22 – Мила Реброва

Я смотрю на спящего малыша, и сердце сжимается от беспомощности. Теперь я понимаю, что выхода действительно нет. Я не могу остаться в этом доме, где от меня отвернулись все, но и Касим, со своей жёсткой уверенностью и неприкрытой страстью, кажется мне не спасением, а очередной угрозой.

Я снова прижимаю к себе сына, чувствуя, как слёзы тихо впитываются в одеяло. Что ждёт меня дальше, я даже представить не могу, и это пугает меня больше всего. Единственное, в чём я уверена, это в том, что у меня больше нет возможности выбирать. Всё решено за меня. И теперь, куда бы я ни пошла, мне придётся столкнуться с тем, чего я боюсь больше всего на свете — одиночеством и бессилием.

И единственным человеком, кто сможет защитить меня от них, оказался именно тот, кто пугает меня до дрожи — Касим.

Я иду по коридору, и от каждого тихого шага у меня по спине пробегает мелкая, предательская дрожь. Мне кажется, что в последнее время я вообще разучилась нормально дышать. Теперь даже обычный путь от спальни до кухни — словно рискованное путешествие по минному полю. Потому что в любой момент я могу столкнуться с тем, кого меньше всего хочу видеть.

Корзина с бельём тяжело давит на руки, а сердце бешено колотится от напряжения. Я уже почти достигаю конца коридора, когда дверь справа неожиданно открывается, и я сталкиваюсь с кем-то плечом к плечу. От неожиданности корзина падает на пол, бельё рассыпается по деревянным доскам, и я застываю, едва дыша, поднимая взгляд.

Передо мной стоит Касим. Он смотрит прямо на меня, не отводя глаз, а губы его медленно расплываются в едва заметной улыбке. От этого взгляда моё сердце пропускает удар, а щёки мгновенно покрываются краской. Я пытаюсь опуститься, чтобы собрать рассыпанное бельё, но Касим опережает меня и спокойно наклоняется сам, собирая вещи с ленивой уверенностью, будто это обычное дело.

— Ты всегда такая нервная, когда рядом я? — негромко спрашивает он, поднимая на меня свои тёмные глаза, и я чувствую, как от этого взгляда по моей коже разливается жар. — Или сегодня особенный случай?

Я стараюсь избегать его глаз, быстро собирая полотенце и складывая обратно в корзину.

— Я просто не ожидала тебя здесь увидеть, — тихо отвечаю я, стараясь, чтобы голос не дрожал. — Прости, я не заметила, как ты вышел.

— Не ожидала? — он чуть усмехается, передавая мне ещё одно полотенце и специально задерживая его в своей руке, пока я сама не беру. От этого короткого, почти случайного касания моё сердце снова ускоряет темп. — Мне казалось, ты уже привыкла к тому, что я всегда рядом.

— Я не привыкла и не собираюсь привыкать, — бросаю я, чувствуя раздражение и стыд одновременно. — И вообще, разве ты не видишь, как сильно усложняешь всё своим присутствием здесь?

Он выпрямляется, медленно подходя ближе, так, что я чувствую тепло его тела и запах его кожи — терпкий, едва заметный, и оттого ещё более волнующий.

— Ты сама прекрасно знаешь, почему я здесь, Аза, — произносит он низко и уверенно. — И дело вовсе не в моём брате, и не в этом доме. Я здесь ради тебя. Только ради тебя.

Я вздрагиваю и быстро делаю шаг назад, стараясь увеличить дистанцию, потому что слишком близко, слишком откровенно он сейчас смотрит на меня, заставляя моё сердце бешено колотиться от какого-то непонятного страха, смешанного с совершенно нежеланным волнением.