Книга Согласие под прицелом, страница 8 – Дарья Милова

Они почти не разговаривали. Между ними всегда витало напряжение — не открытая вражда, а молчаливая ненависть, как замёрзший воздух в закрытом доме. Они жили рядом, но были чужими. Никогда не ссорились — потому что уже давно перестали что-то друг другу доказывать.

Что касается меня, она с ранних лет повторяла одно и то же:

— Ты будущий Капо. Я не вмешиваюсь. Это его зона ответственности.

Она перекладывала моё воспитание на отца, будто я был не сыном, а инвестицией. Никогда не гладила по голове, не спрашивала, что я чувствую. Только иногда задерживала на мне взгляд, будто в нём была какая-то тоска. А может — страх.

Но даже если в ней и была любовь, она растворилась под тяжестью фамилии, власти и долгого, медленного безразличия.

И в эту ночь мне хотелось вырваться. Хотелось быть не фамилией, не выученной сдержанностью, не планом по захвату будущего. А просто парнем. Обычным восемнадцатилетним, у которого внутри есть боль, злость, усталость. И — странное, но живое — желание почувствовать что-то настоящее.

Я пришёл сюда, чтобы на пару часов забыть, кто я.

Я заметил её сразу.

Не потому, что она старалась привлечь внимание.

А потому что не старалась вовсе.

Тело в обтягивающих джинсах, грациозное и уверенное. Спина — голая, тонкая, дразнящая, манила взгляд как магия. Она двигалась, будто знала, что за ней смотрят. Но танцевала не для публики — для себя. И это возбуждало больше, чем любые позы.

Слишком свободная. Слишком настоящая.

Глаза я видел не сразу, но уже знал: там — огонь.

Я стоял в тени, как всегда. Наблюдал. Всматриваясь, впитывая, запоминая. Я хотел подойти. Хотел услышать голос, почувствовать, как звучит её смех вблизи. Хотел узнать, каково это — когда она смотрит именно на тебя.

Хотел её.

Когда она пошла к бару — одна — я двинулся. Медленно.

Это был мой момент.

Слова дались легко. Слишком легко. Её губы дрогнули в лёгкой, опасной усмешке.

Чёрт. Даже её усмешка возбуждала.

— Только за одной, — сказал я, глядя на неё.

Я не врал. Остальные на фоне этой девушки были просто силуэтами. Она была плотью. Настроением. Голодом.

Она стреляла словами — легко, точно, с вызовом.

И с каждой её репликой я чувствовал: мне недостаточно пары фраз. Недостаточно одного взгляда. Недостаточно этой ночи.

Я подошёл ближе.

Она не отступила.

Она выдержала мой взгляд.

А я — уже начал проигрывать.

Потому что с первой секунды стал одержим.

Я наклонился чуть ближе к её уху — голос опустился до шепота:

— Здесь слишком шумно.

Угол её губ дрогнул. Она ждала продолжения.

— Есть место… потише. Если хочешь.

Она не ответила сразу. Просто смотрела. В упор.

Не играла в кокетство. Взвешивала. Оценила.

И я понял: она не из тех, кого можно взять словами. У неё свои правила.

— Место, где ты тоже наблюдаешь за всеми из тени? — язвительно, почти с усмешкой, но голос дрогнул.

Она играла — но уже не уходила.

— Нет, — медленно произнёс я. — Место, где я смогу смотреть только на тебя.

Она не улыбнулась — но в глазах вспыхнул интерес.

Молчание затянулось, электрическое. Между нами не было ни сантиметра прикосновений, но всё внутри уже горело.

Она отпила ещё глоток воды. Медленно.

И кивнула. Без слов. Только взгляд — будто сказала: веди.

Мы вышли на улицу и подошли к машине. Без лишних слов она взяла телефон и стала фотографировать.