Книга Его пленница. На грани ненависти, страница 82 – Дарья Милова

Илья лишь фыркнул, будто это его развеселило.

— Да мне плевать, кто кого трогает, — отмахнулся он. — Главное, чтоб выглядело правдоподобно. Иначе мы даже в зал не войдём.

Вадим резко повернулся ко мне. Его ладонь легла мне на шею — не грубо, но жёстко, так, что я не могла отвернуться.

— Слушай внимательно, Ева. Там никто не имеет права даже взглянуть на тебя не так. Я не позволю. Если кто-то сунется — я ему переломаю руки. Если попытается больше — я снесу голову.

Я сглотнула. Его пальцы были горячими, сильными. И в этот момент я поверила каждому слову. Поверила, что он действительно способен разорвать любого, кто рискнёт приблизиться.

— Я… я знаю, — выдавила я, и вместо протеста прозвучало почти признание.

Он наклонился ближе, его дыхание обожгло мою щеку.

— Хорошо. Тогда играем по их правилам. Но запомни одно: ты моя. Не потому что я так сказал. Потому что так есть.

Я закрыла глаза на секунду, и внутри меня всё смешалось: протест, желание, страх, странное, почти болезненное чувство, что он прав.

А Илья, снова хмыкнул в стороне:

— Господи, как будто на свидание вас веду, а не в клуб для маньяков.

— Заткнись, — рявкнули мы с Вадимом одновременно.

Мы разъехались ближе к девяти вечера. Дорога тянулась длинной петлёй сквозь спящий город, и всё время казалось, что стрелки часов бегут быстрее, чем колёса машины.

К дому Ильи мы подъехали в темноте. Старый кирпичный особняк, окна которого светились жёлтым, будто внутри уже кипела жизнь.

Илья встретил нас на пороге, как хозяин бала. Улыбка до ушей, в руках бокал виски.

— Добро пожаловать в ад, друзья мои.

Вадим прошёл мимо, толкнув его плечом.

— Ты псих.

— Нет, — спокойно ответил Илья, закрывая за нами дверь. — Я просто люблю всё продумывать до мелочей.

Мы вошли в гостиную — и я замерла. На диване и креслах, на столе, даже на полу лежали аккуратные стопки одежды, коробки с масками, туфлями, перчатками. Всё — чёрное, глубокое, вызывающее. Не гардероб, а арсенал.

— Ты серьёзно готовился, — буркнул Вадим, разглядывая это.

— Конечно серьёзно, — Илья махнул рукой. — Думаешь, я стал бы рисковать своей шкурой ради вашего шоу? Нет, брат, я рискую только, когда уверен в деталях.

Он повернулся ко мне и улыбнулся уже мягче, почти дружелюбно:

— Не волнуйся, для тебя я тоже всё подобрал. Размер угадал на глаз, так что если не сядет — придётся импровизировать.

Я почувствовала, как уши вспыхнули жаром, но взгляд не отвела.

— Ты слишком много обо мне знаешь.

— Должен же кто-то знать, — ухмыльнулся он, наливая себе ещё виски.

Вадим зарычал, но Илья сделал вид, что не слышит.

Мы стояли у входа. Ночь была густая, липкая, будто сама пыталась удержать нас от этой двери. Клуб прятался за тёмными стенами старого здания — без вывески, без намёка, что внутри творится ад.

Ева рядом. В чёрном платье, что обтягивало её, как вторая кожа. Высокий разрез открывал ногу, и каждый грёбаный мужчина на улице свернул бы себе шею, глядя на неё. Маска — тонкое кружево, закрывающее половину лица, — делала её похожей на чужую, опасную. Не Ева, а соблазнительница, которой поклоняются и боятся.

Моя женщина. Моя, мать его, собственность.

Я едва удержался, чтобы не сорвать с неё это платье прямо здесь, у дверей, и не доказать всем, кто она. Внутри всё рвалось на части от желания и ярости одновременно.