Книга Знатный казус, или ДРАКОценная моя, страница 42 – Елена Амеличева

Нет, еноту повезло — он рухнул на мои руки как девица в беде и, как ей и положено, потерял сознание с тихим всхлипом. А вот паук продолжал ловить проблемы. Тот рывок сорвал шипящее отродье с ветки и, понимая, что уж его-то я точно не горю желанием принимать в трепетные объятия, он из последних сил уцепился за что-то кончиком лапы. И все бы на этом и закончилось для него с минимальными потерями, но сорока, приземлившись на ветку, подумала секунду и явно с удовольствием долбанула паука клювом промеж глаз.

Итог был плачевным. Я едва успел отпрыгнуть в сторону, как на мое место шлепнулся фантом. Одеяло, спикировав сверху, заботливо прикрыло его, мягко говоря, ошеломленного таким поворотом.

Отдохнуть в тишине и покое бедолаге не дали — на него со всех сторон кинулись собаки. От одеяла мигом остались лишь клочки, полетевшие в разные стороны. Чтобы не повторить участь постельного белья, восьмилапый подпрыгнул и довольно шустро понесся прочь. Остатки ткани развевались на ветру, напоминая плащ.

Неподалеку от зарослей можжевельника ярко вспыхнул портал. Проход чмокнул, закрывшись, едва тварь влетела в него. Еще интереснее. Кто подослал нам этого фантома? И зачем?

— Значит, ты не ошиблась, когда говорила, что будут еще гады, посланные по твою душу, — задумчиво обронил, глядя на Эффи, которая гладила енота, так и лежавшего на моих руках.

— Что? — рассеянно подняла на меня глаза.

— Ничего, — положил Чуню на траву.

— Позвольте, — Урри подплыл к нам с чашкой воды и побрызгал на него.

— Пирожочки… — выдохнул любимец моей невесты.

Его глаза раскрылись, но увидев склонившегося над ним фантома с головой-черепом, енот жалобно пискнул и снова ускользнул в объятия обморока.

— Прошу прощения, не учел эффект, производимый моей внешностью на непривычную ранимую натуру, — повинился Урри.

— Мы отнесем его в спальню, — к нам подскочили тройняшки. — Можно, Эффи? — три пары глаз уставились на девушку.

— Только осторожно, хорошо? — попросила она.

— А то!

Вдохновленная важной задачей малышня умчалась, унося обморочного енота. Урри поплыл следом после моего кивка. Мы с невестой остались одни.

— Прости, что так получилось, — сказала она, но тон показался холодным, как подступающее утро.

— Твоей вины в том нет, — хмурясь, попытался поймать ее взгляд. — Но ты расстроена чем-то еще?

— С чего ты взял? — посмотрела на меня.

Равнодушие в глазах больно ударило по самолюбию. Что не так сделал? Смотрит, словно разочаровал. Когда успел?

— Эффи, что произошло? — взял за руку, чувствуя, что мое обычное спокойствие улетучивается, уступая место тревоге.

— Ничего, Сэйндар.

— Но ты совсем другая, — слова не подбирались, это злило.

— Просто устала, день вчера выдался на редкость насыщенный, — выдернула свою ладонь из моих и перевела взгляд на зябкие утренние облака, плывущие по ночной черничной сини, растворяемой просыпающимся рассветом. — А поспать почти не удалось.

— Мне тоже. Пойдем в дом, там поговорим, — снова взял за руку, и мы зашагали к дому.

Но и в эти планы жизнь внесла коррективы. Проходя мимо подъездной дорожки, я услышал ржание лошадей. Посмотрел на ворота, темнеющие вдали. Кажется, у нас гости. Даже затрудняюсь определить, они рано явились или поздно, спорный вопрос.

— Эффи! — детский голосок разрезал утренний воздух.