Книга Знатный казус, или ДРАКОценная моя, страница 44 – Елена Амеличева

— Можете ни о чем не переживать, — я поднялся. — Вы — наши гости, располагайтесь, все необходимое предоставим. Решением вопроса с кредиторами займусь лично. Не думаю, что возникнут проблемы. Все наладится, не переживайте. Чувствуйте себя как дома.

— И не забывайте, что в гостях, — пробормотала Георгина, тоже встав, тяжело опираясь на трость.

Чувствовалось, что инцидент дался ей нелегко, ударил по самочувствию. Да и гордость пострадала. Этой самодостаточной сильной женщине явно было неудобно и горько, что на старости лет приходится искать приют в чужих домах.

— Благодарю вас, Сэйндар, — она улыбнулась мне. — Да благословят вас высшие силы за проявленное к нам сострадание и помощь!

Ее голос дрогнул.

— Не переживайте, — улыбнулся в ответ. — Я рад помочь. Поверьте, ваши обидчики пожалеют о том, что сотворили. А теперь прошу извинить, оставлю вас и займусь решением этого вопроса.

Поговорив с тетей Фэйт — благо она, ранняя пташка, уже встала, я приказал разбудить Рейми и отправился, как говорит Кирк, «на разборки». Тюринги еще спали. Мое появление произвело фурор. Дом ожил, закопошился, словно муравейник. Меня проводили в гостиную, где и оставили в компании наспех зажженных свеч и старого пса, что и ухом не повел, когда я сел в кресло, у которого он лежал.

— Доброе утречко! — вскоре в комнату вбежал запыхавшийся толстяк.

Он явно собирался в спешке — пуговицы на жилете были застегнуты через одну, из-за чего тот перекосило, совсем как лицо его хозяина. Тот в страхе взирал на меня, не зная, чего ожидать. Остатки волос торчали вверх, будто лапки паука. Уж не знаю, со сна или от ужаса.

— Недоброе, — отозвался я, — вашими стараниями, для семьи моей невесты, которую вы выставили из дома на улицу. Пожилую женщину и мать с тремя маленькими детьми, припоминаете?

Глазки Тюринга-старшего забегали.

— Ж-желаете чаю? — выпалил он и тут же прокричал — визгливо, громко, — чай подать в гостиную, живо!

— Я не чай пить приехал, как вы догадались, — осадил его жестким тоном.

— А зачем? — тонким голоском полюбопытствовал этот столь же забавный, сколь и мерзкий субъект.

— Это мы сейчас и обсудим, — указал ему на кресло рядом, — присаживайтесь.

— Благодарю, — он пригладил жидкие пряди, едва прикрывавшие плешь, и приземлил зад.

— Длинные разговоры не люблю, знаете ли, — я достал чековую книжку и задал самый простой вопрос, — сколько?

— Что? — мужчина захлопал глазами.

Как женщин с детьми из дома выгонять, так он храбрый. А как дракон в дом нагрянул, чтобы спросить с него за содеянное, так лев живо в зайца превратился. Обычная история.

— Сколько вы хотите за дом с цветочной лавкой? — терпеливо пояснил.

— Ни-ни-нисколько, — выдавил субъект, набравшись смелости.

— Отдаете даром, стало быть? — съязвил в ответ.

— Нет, — он замотал головой, заерзав. — Просто они не продаются.

— Что, простите? — показалось, что ослышался. — Вы отказываете мне?

Может, этот гнус думает, что все еще спит, потому и позволяет себе наглеть сверх меры?

— П-просто отвечаю, — Тюринг нервно сглотнул. — Дом и лавка не продаются, — глубоко посаженные глазки наполнились тоской и первостатейным ужасом — как у тощего котенка, что шипит на огромного лающего пса, у которого блохи размером больше, чем тот наглый котенок.