Книга Прежде чем мы разобьёмся, страница 23 – Мила Любимая

К счастью, когда я оказалась в стенах родного дома, то на любимого родителя не нарвалась. Судя по шуму воды, доносящемуся из ванной, он ещё в душе.

Скинула обувь и ушла в свою комнату. Избавилась от грязной одежды и чуть с ума не спятила, когда поняла, что свои любимые труселя (пусть от них осталась бессмысленная тряпочка!) я оставила в машине Сотникова. Скорее всего, ближайшая наша встреча произойдёт через два месяца уже в универе. В противном случае он бы просто всю кровь из меня выпил. А так долго Ян ничьи предметы нижнего белья в голове не держит, уверена на все сто процентов.

Натянула на себя розовое кигуруми, телефон Яна убрала в ящик стола, чтобы не отсвечивал. Без понятия, что я буду с ним делать. Он всё равно не быстро обнаружит пропажу. Надеюсь…

Приготовила папе на завтрак сырники, нарезала бутербродов и сварила кофе. Себе сделала любимый капучино, куда добавила ореховый сироп, отцу привычный экспрессо.

— Доброе утро, дочь.

Родитель как-то странно на меня взглянул, скрестив руки на груди.

— Доброе утро, папочка.

— Угу, — он сел за стол напротив меня. — Там к тебе парень пришёл. Давай встречай.

От неожиданности я даже поперхнулась кофе.

Кто пришёл, простите?!

— Какой парень, пап?

— Тебе лучше знать, Аврора.

В коридор я шла с чёткой целью — выставить наглого мажора за дверь или спустить его с лестницы. Буду смотреть по обстоятельствам.

Почему Ян?

Во-первых, шестой час. Кто ещё припрётся в такую рань? Во-вторых, парня у меня в принципе нет. И, в-третьих, придурку нужен его телефон.

Да-да. Возможно, не стоило этого делать, но не я увлекаюсь любительскими видеосъемками. Блогер недоделанный.

Ян стоял в прихожей, небрежно прислонившись спиной к стене.

— О, Порно-Золушка нашлась.

— Что? — мгновенно вспыхнула от злости.

— Почему-то мне кажется, что они тебе подойдут, — Ян вытащил из кармана шорт мои трусики. — Примеришь, м-м-м?

Чёрт возьми, он труп.

— Убери!

— Да? — он усмехнулся. — Как думаешь, что скажет твой строгий папочка?

— Ян, это уже перебор.

— Пригласи меня войти.

— Нет!

Не бывать этому.

— Уверена?

За спиной послышались твёрдые шаги отца. Я принялась отсчитывать про себя секунды до моего персонального Апокалипсиса.

Ян обнял меня за талию и притянул к себе.

— Терпеть тебя не могу, Сотников.

— Почему это прозвучало, как я хочу тебя?

Идиот!

— Мой отец тебя пристрелит.

Как в подтверждение последних слов, папа вышел в коридор, объявив о себе вежливым покашливанием.

— Доброе утро, Игорь Михайлович.

Угу, добрее просто не придумать.

— Здравствуй, Ян. Я покажу, где вымыть руки, а Аврора пока приготовит ещё одну тарелку и чашку кофе. Да, родная?

— Конечно, папуль.

Сотников покойник.

Вот только почему моё сердце так отчаянно мечется в грудной клетке, словно переживает за проклятого мажора?

Ах нет, это мне только кажется. Бесы попутали.

Сегодня прекрасный день, чтобы умереть, Ян!

Закрыт для тебя доступ

Представь, что я вне

сети,

Перекрыт полностью

воздух,

У нас теперь другие пути.

В разные стороны друг от друга,

Как можно дальше, честно

сказать.

Я думаю только о слове

«разлука»

И разучиться пытаюсь мечтать.

/Аврора/

Насколько наглым надо быть, чтобы после всего произошедшего припереться ко мне домой? Надо быть Яном Сотниковым.