Книга Прежде чем мы разобьёмся, страница 26 – Мила Любимая

— Я знаю, чего ты хочешь.

Привычная самовлюблённая улыбка заиграла на его губах, поджигая последние предохранители, что ещё сдерживали меня.

Но, честно сказать, нет в мире такой дамбы, которая выстоит против Сотникова. Если бы существовали зомби, то он и их бы свёл с ума.

Какое счастье, что я слишком хорошо знаю этого парня.

— Правда? — усмехнулась.

— О, да.

В глазах Яна полыхнуло тёмное порочное пламя, запустившее в моей крови цепную реакцию.

Одно слово — химия.

Я зачем-то прокрутила в голове всё то, что произошло между нами в машине и тут же отвесила себе ментальную затрещину.

Ой, дура!

Это абсолютно ничего не значило. И по слогам — НИ-ЧЕ-ГО!

Не может быть никаких вариантов и оправданий. Несколько лет назад мы расстались непримиримыми врагами, так и должно оставаться.

А враги не проводят время вместе. Они не разговаривают друг с другом. Не флиртуют и не целуются. И уж точно не занимаются сексом.

Чёрт возьми, ещё бы немного и у нас с Яном всё случилось.

По-взрослому.

Слава Богу, что серая жидкость вовремя активизировалась.

— Как думаешь, если я воткну в твой зад арбалетную стрелу, то ты станешь менее наглым?

— Что?

— Вот и я так думаю. Надо арбалет помощнее…

— Это любовь, детка.

— Какой же ты придурок.

— Думаю…, — Ян снова наклонился ко мне. — Нам надо обсудить прозвища. Все парочки называют друг друга мило.

БОЖЕ, ПРОСТО ИЗЫДИ.

— Мы не парочка, — процедила сквозь зубы. — Когда ты уже свалишь в туман?

— Звучит в стиле начала типичного любовного романа, Пожарова.

Он меня утомил.

— Только срок годности твоей любви минут двадцать.

— Тест-драйв, м-м-м? — хищно усмехнулся Ян.

Я до сих пор помнила вкус его губ, тело горело от наглых и решительных прикосновений, всё внутри дрожало и вибрировало от перенапряжения. И красноречивый взгляд Яна обещал мне жаркое продолжение. Ещё более пошлое и запретное, чем было до.

— Значит, за телефоном пришёл? — прищурилась.

— Соображаешь, Пожарова.

Пропустила очередной подкол мимо ушей и согласно кивнула.

— Ну ок.

— В смысле?

— Забирай свой грёбаный телефон. И делай с фотками и видео, что хочешь. Хоть молись на них. Мне фиолетово.

Он усмехнулся и откинулся на спинку стула.

— Не бери меня на слабо, Пожарова.

— Не надо себя так откровенно предлагать, Сотников. Я ведь могу согласиться.

Зря я это сказала. Боже, зря!

— Туше! — он рассмеялся, подняв обе руки в воздух в знак собственной капитуляции.

Я молча встала, обошла стол и тут Ян перехватил меня за запястье. Нежно провёл по коже подушечками пальцев, а затем переплёл наши руки.

В женских романах обычно в такие моменты у хрупких дев ножки подкашиваются, перед глазами всё плывет и хочется растечься у ног ТОГО САМОГО парня лужицей или растаять, будто мороженка на солнце.

— Руки убрал.

— Не нравится? — он поднёс мою руку к губам и поцеловал.

Ну привет, тахикардия. Давно тебя не было родная. Скучала безумно, сил никаких нет.

Попыталась вырваться из его железной хватки, но у Яна на этот счёт были совсем другие планы. Он притянул меня к себе, так что его лицо оказалось на уровне моей груди.

В край обнаглел.

Лапать меня, когда в соседней комнате находится мой папа! Он либо бесстрашный, либо полный идиот, либо сохранился. Возможно, всё сразу.

Собрала в кулак все силы, которые у меня остались и грубо оттолкнула парня от себя.