Книга У брата бывшего. В постели. Навсегда, страница 86 – Ираида Серова

— Посмотри на него, Соня. Видишь своего героя? — Виктор выхватил из внутреннего кармана пожелтевший, помятый листок. Это было то самое «соглашение о передаче», подписанное восемь лет назад. — Ваня, скажи ей! Признайся прямо сейчас, глядя ей в глаза, что ты — тот самый мясник, который продал её мне, чтобы спасти свою шкуру! Я хочу, чтобы она ненавидела тебя до последнего вздоха!

Соня через силу подняла взгляд на Ваню. Слезы, которые она так долго сдерживала, беззвучно заскользили по её бледным щекам, оставляя влажные дорожки в пыли. Ваня стоял на границе света и тени. Лунный свет падал на его лицо, высеченное из мрамора, делая его черты трагически прекрасными. В его глазах, глубоких и темных, как замерзшее озеро, отражалась такая бездонная боль, что у Сони заложило уши.

— Это я виноват перед ней. Весь этот грех… я заберу его с собой в ад, — голос Вани был едва слышен, но в нём была мощь надвигающегося шторма.

В тот самый миг, когда Виктор торжествующе осклабился, решив, что победа окончательна, в глазах Вани вспыхнула жажда убийства. В долю секунды, прежде чем палец Виктора коснулся курка, Ваня молниеносным движением выхватил из рукава припрятанный скальпель. Одним точным, почти хирургическим взмахом он перерезал горло ближайшему телохранителю.

Воздух взорвался грохотом выстрелов и звоном разбитого стекла. Пули свистели над головой, выбивая искры из древних камней колокольни. Ваня, используя хаос и дымовую завесу, в два прыжка оказался рядом с Соней. Его огромное, мощное тело стало для неё живым щитом, непробиваемой стальной стеной.

— Уходим! — прорычал он.

Пуля по касательной задела его предплечье, и фонтан горячей крови брызнул на лицо Сони, обжигая её своей реальностью. Но он даже не поморщился. Подхватив её на руки, он нырнул в узкий проход за массивным обломком фундамента.

Они оказались в тесном, пахнущем сыростью и порохом пространстве за гигантской плитой. Ваня тяжело, с хрипом дышал. Запах его разгоряченного тела, мускуса и свежей крови заполнил всё вокруг, создавая невыносимое, почти осязаемое напряжение. Он, не обращая внимания на свист пуль снаружи, обхватил лицо Сони своими огромными, мозолистыми ладонями.

Его взгляд метался по её чертам, словно он хотел запомнить каждую деталь перед концом света. И прежде чем она успела что-то сказать, он впился в её губы безумным, отчаянным поцелуем.

Это не была нежность. Это была битва за право обладания, попытка вырвать друг друга из лап смерти. Он целовал её так, будто хотел выпить её душу, ворвавшись в её рот и заставляя Соню стонать от смеси боли и острого, запретного наслаждения. Его руки сжимали её затылок, пальцы запутались в её растрепанных волосах.

— Если я останусь здесь… чип в моем кольце… он заблокирует всё. Забирай ребенка и беги в Сибирь, на рудники, там наши люди… — прошептал он ей прямо в губы, его пот капал на её щеки, горький и жаркий.

Соня с яростью впилась ногтями в его твердую, мокрую от пота спину, пронзая кожу.

— Нет, Ваня! — её голос звенел от той же одержимости, что горела в его глазах. — Или ты заберешь меня отсюда, или мы сгнием в этой земле вместе. Твоя невеста не принимает другого выбора! Ты бросил меня восемь лет назад… Клянусь, на этот раз ты не уйдешь один даже в могилу!