Книга У брата бывшего. В постели. Навсегда, страница 83 – Ираида Серова

Но Алексей был не один. Из тени за его спиной показался еще один боец и вскинул винтовку.

— Ваня, сзади! — закричала Соня.

Ваня среагировал мгновенно, но не для того, чтобы спастись самому. Он рванулся вперед, закрывая Соню своим телом. Глухой звук попадания пули в плоть заставил сердце Сони остановиться.

Ваня вздрогнул, его лицо на миг побелело, но он не упал. Рыча от боли и ярости, он выстрелил через плечо, снимая стрелка. Затем он схватил Алексея за горло и прижал к стене. Его пальцы сжимались, пока лицо предателя не стало багровым.

— Ты... посмел... прийти в мой дом... — прохрипел Ваня, и в его глазах в этот момент не было ничего человеческого. — Посмел угрожать моей семье.

Он швырнул обмякшее тело Алексея в сторону и обернулся к Соне. Из раны на его плече быстро расплывалось темное пятно, пропитывая дорогую ткань рубашки.

— Ты ранен! — Соня бросилась к нему, пытаясь поддержать его мощное, ставшее внезапно тяжелым тело.

Ваня тяжело прислонился к косяку, его дыхание было рваным и жарким. Несмотря на боль, он нашел в себе силы улыбнуться. Он протянул руку и нежно заправил выбившуюся прядь её волос за ухо.

— Это всего лишь... царапина, — он жадно впился взглядом в её лицо, словно проверяя, всё ли с ней в порядке. — Пока я дышу... никто не коснется тебя. Слышишь?

Он притянул её к себе, и Соня почувствовала запах пороха, крови и его неповторимый, сводящий с ума аромат мускуса и сигар. В этом объятии, полном боли и триумфа, она поняла: их враги только что совершили самую большую ошибку в своей жизни. Они заставили зверя по-настоящему разъяриться.

За окном послышался вой полицейских сирен. Михаил со своими людьми наконец подавил сопротивление. Но Соня видела только Ваню. Он медленно опустился на пол, увлекая её за собой.

— Соня... — прошептал он, его голос становился всё слабее. — Обещай мне...

— Ш-ш-ш, ничего не говори, — она прижала его голову к своей груди, чувствуя, как его горячая кровь пачкает её платье. — Мы со всем справимся. Вместе.

Но когда она посмотрела на Алексея, тот, несмотря на побои, ухмылялся.

— Вы думаете... это всё? — прохрипел он, прежде чем потерять сознание. — Виктор... он уже... на колокольне...

Соня замерла. Часы на стене начали бить полночь, и каждый удар отдавался в её голове, как предвестник новой, еще более страшной катастрофы.

Полночь в Москве дышала холодом, который, казалось, пробирался под самую кожу, замораживая саму душу. Руины старой колокольни в этой призрачной мгле выглядели как скелет вспоротого гигантского зверя, чьи каменные ребра бессмысленно вонзались в черное, беззвездное небо. Осколки битого кирпича и пепел хрустели под ногами, словно кости прошлых надежд.

Ваня (Ваня) шел сквозь этот мрак, и каждый его шаг был пропитан тяжелой, почти осязаемой угрозой. Его длинное черное пальто развевалось на ледяном ветру, подобно разорванному боевому знамени. Одной рукой он стальной хваткой прижимал к своему боку Соню (Соня) — её хрупкое тело била крупная дрожь, а лицо было бледнее самой луны. Другая его рука, затянутая в кожаную перчатку, не снималась с рукояти пистолета, скрытого в кобуре.

— Виктор! Выходи, трусливая мразь! — голос Вани прогремел над руинами, низкий, хриплый и вибрирующий от такой ярости, что, казалось, сам воздух вокруг них начал трещать.