Книга Там, где мы настоящие, страница 97 – Инма Рубиалес

Я делаю все, что могу.

Но иногда этого бывает недостаточно.

И я это ненавижу.

Ненавижу, ненавижу, ненавижу, ненавижу.

С силой сглатываю слюну, пытаясь избавиться от комка в горле. Бесполезно. Когда понимаю, что вечеринка – встреча с Маркусом и остальными, отсутствие там Райли, драка Луки, его оскорбления, Мэйв, моя беспомощность рядом с ней – и вообще все произошедшее начинает переходить все границы, я решаю, что пора отсюда выйти. Опираясь на раковину, наклоняюсь вперед и делаю глубокий вдох. Я справлюсь с этим. Я всегда со всем справляюсь.

— Коннор? – слышится голос Луки из спальни.

Когда я возвращаюсь, он уже лежит под простынями, уставившись в потолок.

— Как ты это делаешь? – Брат поворачивает ко мне голову, и мне достаточно увидеть его покрасневшие глаза, чтобы понять, о чем он.

Внутри у меня все сжимается.

— Мне тоже нелегко.

— Ты никогда не чувствуешь вины.

— Я очень долго ее чувствовал. – И мне потребовались месяцы тяжелой работы, чтобы избавиться от нее.

— Но в итоге она исчезла, да? Почему со мной не происходит то же самое? Каждое утро я просыпаюсь и не в силах думать ни о чем другом. Это постоянно в моей голове. Оно создает шум. Я всегда слышу этот шум. Иногда мне кажется, что я задыхаюсь. Как бы я ни старался, не могу от него избавиться.

Мне знакомо это чувство. Я был полностью погружен в него еще несколько месяцев назад. По правде говоря, до сих пор не избавился от него окончательно. Я понимаю брата, и поэтому его сломленный вид разбивает мне сердце. Если бы он только позволил мне ему помочь. Если бы он позволил хотя бы кому-нибудь это сделать. Понимает ли он, что ситуация становится невыносимой? Раньше он выбирался куда-то раз или два в неделю. Теперь редко какой его день проходит без похмелья. Он проводит слишком много времени с ребятами из группы, а они плохо на него влияют. И когда он где-то пропадает, его все труднее найти; я никогда не знаю, то ли он с этими придурками, то ли неизвестно где с какой-нибудь девушкой, то ли еще что-то. Ясно одно – он никогда не бывает один.

Именно это делает нас разными.

В трудные моменты я закрываюсь в своем коконе.

Лука же убегает от самого себя.

— Может быть, тебе стоит не пытаться убежать от этого шума, а встретиться с ним лицом к лицу. Многие люди любят тебя. Но ты не позволяешь им помочь.

Его заплаканные глаза вновь обращаются в мою сторону. Направляюсь к двери.

— Не хочу больше видеть, как ты пьешь, – заявляю я и выхожу из домика.

Мэйв

Я не сомкнула глаз всю ночь.

Окно моей комнаты выходит на задний двор, где стоит гостевой домик, поэтому я оставляю его открытым, несмотря на снег и холод: у меня жуткое предчувствие, что в любой момент я могу услышать удары, крики или другие звуки драки. К счастью, тишина не нарушается всю ночь. И все же я не могу уснуть. Когда часы показывают восемь утра, я уже одета, позавтракала и сижу за кухонным столом.

— Доброе утро, – здоровается Коннор, входя на кухню.

Увидев его, я вскакиваю. Я всю ночь ждала этого момента и не в силах сдержаться. Моя реакция заставляет его приподнять брови. Я едва могу разглядеть это движение из-за очень темных солнцезащитных очков, но его губы мне хорошо видны.

И, вопреки всем ожиданиям, он улыбается:

— Какая пчела тебя укусила? Ты как будто призрака увидела.