Книга Там, где мы настоящие, страница 219 – Инма Рубиалес

За исключением Сиенны, которая провела ночь с Альбертом, вся семья вернулась домой на рассвете. Меня забавляет видеть измученные лица Ханны и Джона, когда я спускаюсь к завтраку. Лука единственный, у кого нет похмелья, хотя он тоже выглядит уставшим. Зато Нико, будучи ребенком, а дети непобедимы, свеж как огурчик. Он бежит к Коннору, как только тот входит в кухню, зевая, все еще в пижаме и такой же разбитый, как и остальные, и спрашивает, подпрыгивая:

— Можем мы сегодня пойти на рыбалку, пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста?

— Развлекайтесь. – Лука поднимает руки, отказываясь в этом участвовать, и уходит в свою комнату.

Коннор бросает на меня измученный взгляд; в ответ я смеюсь и пожимаю плечами. Что поделаешь.

Мы проводим все утро на озере. Пока Коннор и Нико отправляются в приключение на лодке, я сижу на пристани, листая одну из книг, которые одолжила мне Сиенна. Время от времени я слышу их смех и не могу не улыбаться. День великолепный: небо ясное, тепло и природа вокруг озера кажется живее, чем когда-либо.

Несмотря на это, я чувствую тяжесть внутри каждый раз, когда смотрю на телефон. Прошло три дня с тех пор, как я разговаривала с папой, свадьба Сиенны была вчера, но я все еще не получила от него никаких известий. Часть меня не может дождаться его звонка, чтобы рассказать ему о своем решении. Другая же часть слишком труслива, чтобы самой начать этот разговор. Он даже не прислал билеты. Я проверяю несколько раз, на случай если он все-таки отправил их, а я не заметила, но ничего нет. В итоге выключаю телефон, чтобы не мучить себя.

Вечером Коннор просит меня пройтись с ним по городу. Мы выходим из дома, и, как только доходим до фургона, он притягивает меня к себе и прижимает к кузову с той стороны, которая не видна из окон дома.

— Нас увидят, – улыбаюсь я.

— Здесь – нет. – И прижимается своими губами к моим.

Я запускаю пальцы в его волосы, с жадностью отвечая на поцелуй. Я весь день умирала от желания поцеловать его, но мы не могли найти ни минуты, чтобы побыть наедине. Коннор хватает меня за бедра и прижимает к фургону, а я смеюсь от чистого счастья, запоминая этот момент как еще один из тех, что хотелось бы продлить навечно. Еще одно обычное место пополняет мой список особенных мест.

— Я тут кое о чем думал, – шепчет он.

— Правда?

— Может, мы могли бы…

— Чертов ублюдок! Какого хрена ты творишь?

Этот голос мгновенно лопает мой пузырь счастья.

Я вздрагиваю и поспешно отстраняюсь от Коннора. Когда я вижу, кто это, мне кажется, что это мираж.

Но нет.

Это реально.

Мое сердце переворачивается.

Майк.

Я слишком долго не могу прийти в себя. Достаточно долго для того, чтобы он в ярости подошел к нам и оттолкнул Коннора от меня.

Мэйв

Это кошмар.

Это просто кошмар.

— Да ты что себе позволяешь? – Гнев и растерянность отражаются на лице Коннора.

Однако Майк смотрит не на него.

Его разъяренные глаза впиваются в меня.

— Это тот придурок, с которым ты болтала во время телефонного звонка, да? Я знал, что слышал чей-то голос. Вот почему ты не отвечала на мои сообщения. Тебе хватило двух недель, чтобы прыгнуть в постель к другому. Я должен был догадаться. Черт! – В отчаянии он проводит руками по волосам.

Я все еще смотрю на него в изумлении. Вся его ярость обрушивается на меня, сердце бешено колотится в груди. Не могу поверить, что это реально, что он действительно здесь.