Книга Там, где мы настоящие, страница 193 – Инма Рубиалес

Я глажу его по руке и сжимаю его ладонь. Перед нами на озеро опускается закат. На другом берегу виднеется лодка. Ветер доносит до нас смех детей, играющих вокруг нее.

Я представляю, как Лука, Коннор и Райли делали то же самое в детстве.

— Я понятия не имела, что произошло, – говорю через несколько минут. – Должно быть, вам было тяжело. Я даже не могу вообразить, через что вам пришлось пройти.

— Было тяжело, – соглашается Коннор. – Я не рассказал тебе раньше только потому, что не чувствовал себя способным говорить об этом. Трудно облечь это в слова. Лука был прав. После того как я поделился с тобой, мне стало легче.

— Главное, что ты рассказал. Неважно, сколько времени тебе для этого понадобилось. Спасибо, что доверился мне. – Я грею его руку в своих ладонях.

Коннор поглаживает большим пальцем мои костяшки.

— Родители Райли уехали из города. У меня никогда не было с ними близких отношений. Я не перестаю думать, испытывают ли они такое же чувство вины, какое испытывал тогда я. Что касается моего брата… Мы похожи в одном и очень разные в другом. Лука не захотел ходить к психотерапевту. Вместо этого он погрузился в вечеринки, громкую музыку и в конце концов алкоголь. Его способ убежать от боли – саморазрушение. Поэтому я так рад, что он решил измениться. Это значит, что, как и я, он исцеляет свои раны. Рано или поздно нам обоим придется это сделать. Жизнь продолжается. Она никого не ждет. Если не поторопишься, можешь отстать.

Я медленно киваю. Коннор не скажет мне об этом – и я сомневаюсь, что он сам это осознает, – но если способ Луки справляться с болью – это алкоголь, то его способ – безоговорочно отдавать себя другим. Коннор настолько щедр, что порой забывает о себе. Помню, когда я приехала, Лука сказал мне, что у его брата комплекс спасателя. Он жаловался, что тот всегда обращается с ним как со сломанной игрушкой. Не думаю, что Коннор пытается кого-то починить. Он просто хочет уберечь его.

Он не смог уберечь Райли.

Возможно, его пугает, что история повторится.

— Твой брат идет на поправку. Ты идешь на поправку. Где бы ни был Райли, он гордится вами. Он очень дорожил теми хорошими моментами, что вы разделили. Я знаю это, – уверяю я его. – Как знаю и то, что он хотел бы, чтобы ты вышел в свет и следовал своим целям. А Лука сосредоточился на музыке или… чем он там занимается со своими дьявольскими инструментами.

Мне удается рассмешить его. Это смех сквозь слезы с привкусом грусти, но все же смех.

— Будь здесь Райли, он бы уже сложил в коробки все, что есть в моей комнате, и выставил меня за дверь.

— Тебе стоит согласиться на стажировку, – мягко настаиваю я. Мы оба знаем, что этого хотел бы Райли. И что он этого заслуживает.

— Я не могу оставить свою семью. И брата.

— Ты уже от многого отказался ради брата, Коннор. И я уверена, что он никогда не просил тебя об этом. – В этом вся суть. Родители и магазин – лишь отговорка. Именно Лука, сам того не зная, держит его привязанным к этому месту. – Перестань себя мучить. Это не твоя ответственность.

Наступает тишина.

— Я написал список вместе с Райли.

— Я знаю. – То, что я услышала сегодня, окончательно подтвердило мои подозрения.

— Когда ты приехала сюда и выглядела такой… потерянной, я подумал, что составление списка и воплощение его вместе со мной пойдет тебе на пользу. Но у меня был и эгоистичный мотив. Я хотел закончить свой список. Ради него. Остался всего один пункт.