Книга Минхунь: развод с призраком, страница 98 – Лия Шах

Лю Юэ был настоящим королем невозмутимости. Несмотря на грохот снаружи, он стоически не замечал осадных работ Инь Яна. На его губах играла легкая улыбка, когда он разливал из дизайнерского стеклянного чайника свежезаваренный чай. Чашка с блюдцем в виде хризантемы была настоящим произведением искусства, и можно было бы подумать, что угощения отравлены, но радушный хозяин, опустив глаза, первым сделал глоток из чашки и осторожно отломил кусочек от какого-то крохотного пирожного.

Пусть я ничего и не сказала, но Лю Юэ гораздо умнее, чем может показаться на первый взгляд. Он сделал все, чтобы я поверила, что трапеза в его обществе не опасна. И я поверила.

— Как вкусно! – сделав глоток чая, восхитилась я. – Как это называется? Ничего подобного раньше не пробовала.

— Это цветочный чай, – скромно улыбнулся парень. – Бай Мэйлинь сама собирала лепестки из нашего сада за домом. Эту гостиную также обустраивала она. Рад, что тебе понравилось.

Нет, я понимала, что это должно было стать темой нашего сегодняшнего разговора, но не думала, что он начнет ее так легко! Едва не подавившись чаем, я кашлянула и отставила чашку в сторону, подняв на гостеприимного хозяина внимательный взгляд.

— В чем дело? – невинно моргнув, спросил он. – Тебе нехорошо?

— Кхм, прошу прощения, – стабилизировав дыхание, произнесла я. – Просто ты так неожиданно об этом заговорил, я была не готова. Но я не понимаю. Бай Мэйлинь… разве она не невеста другого мужчины? Зачем бы ей обустраивать твою гостиную и выращивать цветы?

Лю Юэ изящно взял в одну руку чашечку, в другую блюдце, и откинулся на спинку кресла. Бросив на меня взгляд из-под ресниц, он вздохнул:

— Так вот что они тебе сказали?

Среди общей мешанины не самых понятных чувств парня, я уловила поток чего-то странного. Это было похоже на теплый уют и негу, но одновременно более нежное и интенсивное. Как ласка слабым зарядом тока.

У меня не сразу получилось распознать это чувство легкого сексуального возбуждения, смешанного с колючими осколками других чувств молодого богача. Это было новое и незнакомое для меня чувство, поэтому я не сразу поняла, в какой кошмар попала.

Лю Юэ – озабоченный извращенец, который возбуждается, вспоминая мертвую девушку? Нет, я понимаю, что не мне, вышедшей замуж за мертвеца, его судить, но, черт возьми…

Парень вздохнул, сделал глоток чая и мягко улыбнулся, глядя куда-то сквозь пол расфокусированным взглядом, будто вспоминал былые деньки:

— Моя Мэйлинь нравилась всем, и эти двое не исключение. Изящная, легкая, невесомая. Любой, кто видел ее, чувствовал, что перед ним истинная небесная дева. Желать ее – настоящее святотатство, но они посмели. Скажи, разве они достойны?

Пара чистых влажных глаз посмотрела на меня в ожидании ответа, а я начала подозревать страшное.

— Конечно, недостойны, – вздохнул он, возвращаясь вглубь своих мыслей. – Долгое время я был ее последователем, даже помыслить не смея о большем. Благодаря мне Мэйлинь заметили остальные, и она смогла заслуженно взойти на пьедестал всеобщего восхищения. Пока однажды на одном из приемов я не увидел ее в обществе этого ничтожества Инь Жуна.

Стабильно теплое чувство рухнуло, раздробившись на осколки, как и все другие эмоции парня. Я сжала зубы, ощущая нестерпимую боль от того, как они впивались в мой разум, раздирая ее на части. Схватившись за край стола, я уставилась на безумца, как на приближающийся к палатке торнадо.