Книга Шелковый хаос, страница 79 – Фэя Моран

Он снова поднял на меня мутный взгляд и потянулся губами к открытому участку кожи над поясом моих брюк, обжигая дыханием. В его лисьем прищуре не было ни капли раскаяния.

— Мне плевать на козни, – выдохнул он мне в кожу. – Плевать на Дома и на то, что кто-то из нас решил поиграть в императора. Сейчас здесь только ты. И ты пахнешь так, будто только что кого-то убила.

Его пальцы бесцеремонно впились в мою поясницу, подтягивая меня еще ближе и лишая всякого пространства.

— Посмотри на себя. – Я уперлась ладонями в его плечи, пытаясь сохранить хоть какую-то дистанцию, но он держал слишком крепко для пьяницы. – Выглядишь как брошенный пес, который скулит у ног хозяйки. Тебе самому не тошно?

— Тошно, – легко согласился он, и его губы растянулись в блаженной улыбке. – Тошно от всего мира, кроме тебя. Выпей со мной. Или просто постой так… еще минуту.

Он уткнулся лицом мне в живот, прерывисто вздыхая, и я почувствовала, как его руки начинают дрожать – то ли от выпитого, то ли от того напряжения, которое он так отчаянно пытался залить алкоголем.

Это выглядело просто унизительно. Не дай бог, кто-то войдет и застанет нас в этом дурацком виде.

— Встань, Деймос. – Мой голос прозвучал тише, чем мне хотелось бы, и в нем предательски не хватило ярости. – Дверь не заперта. Если кто-то из слуг или, упаси Господь, твой отец увидит нас в таком положении, тебе не поможет никакое виски.

Он лишь глухо хмыкнул, не поднимая головы. Я чувствовала, как его ресницы щекотали ткань моей майки, а горячий лоб прижимался к моему животу все сильнее.

— Пусть смотрят, – пробормотал он, его язык заплетался на каждом слове. – Пусть видят, что я наконец нашел что-то более реальное, чем их бесконечная ложь. Ты – единственная здесь, кто не пахнет фальшью, Хаос. Ты пахнешь концом света. И это чертовски успокаивает.

Его руки скользнули чуть выше, под край майки, и я вздрогнула от резкого контраста его обжигающих ладоней с моей кожей. Его пальцы начали вычерчивать на моей пояснице какие-то невидимые, ломаные узоры, от которых по позвоночнику пробежал ток.

— Ты пьян и не соображаешь, что делаешь. – Я попыталась перехватить его кисти, но он ловко увернулся, переплетая свои пальцы с моими и прижимая мои руки к своим плечам.

Деймос поднял лицо и посмотрел на меня с такой нежностью, что мне захотелось ударить его, лишь бы это прекратилось.

— Я соображаю лучше, чем когда-либо, – прошептал он, наконец вставая с колен. – Сейчас я свободен. Свободен хотеть тебя так, как никто другой не посмеет.

С трудом поднявшись, покачиваясь, он подался вперед, вынуждая меня отступить на шаг.

— Скажи мне уйти, – выдохнул Деймос в самые мои губы, обжигая их запахом алкоголя. – Скажи один раз, глядя мне в глаза, что я тебе противен. И я отпущу. Обещаю.

Я молчала. Сказать это было бы проще всего – одно короткое предложение, которое оборвало бы эту душную близость.

Но это была бы ложь.

Он не был мне противен. Он раздражал, бесил своей слабостью, но его присутствие вызывало в моей крови странный резонанс, который я не могла заглушить.

— Ты жалок, – наконец произнесла я. – Это гораздо хуже, чем быть противным.

Деймос хмыкнул. Его рука скользнула по моей шее, заставляя кожу покрыться мурашками.

— Жалость – это тоже чувство, – прошептал он, и его губы едва коснулись кончика моего носа. – Начни с жалости, Хаос. Я согласен на любые крохи, которые ты бросишь мне со своего ледяного трона. Лишь бы они были от тебя.