Книга Хозяйка бродячего цирка, страница 80 – Дия Семина

Сказала, обхватила себя руками, на самом деле в больничном халате и босиком очень холодно. Не хватало ещё заболеть в ледяных казематах.

Следователь взглянул на меня с ненавистью, помогать он не собирается и не собирается улучшить моё положение, можно даже не пытаться просить у него одеяло и тёплое питьё, но фамилия Верещагина возымела действие.

— Что, сами вот так норовите попасть в руки Верещагина? Жить надоело?

Молчу. Он считает меня злом, ведьмой и вообще недостойной жить.

Остаток ночи я провела в ледяной камере, а утром снова началась лихорадка, да такая, что, когда кто-то вошёл, чтобы забрать меня на допрос, вместо этого громко завопил: «ВРА-ЧА-А!»

И больше ничего не помню.

Сколько пролежала в горячке, что со мной делали, какие такие обвинения мне снова выставляли. Ничего не знаю. И это к лучшему, потому что, когда я вновь осознанно открыла глаза рядом оказалась Агнес.

И комната явно домашняя, милая и уютная.

— Сколько меня не было? Где я?

— Неделю. Вчера господин Аксёнов привёз тебя ко мне.

— Они считают меня виновной в смерти этой незнакомки? — голос теперь так и сипит, кажется, отравительница своей магией повредила мои связки.

— Ох, дело такое запутанное. Я и не знаю подробностей, уж прости. Но эта женщина Зинаида Львовна, если не ошибаюсь, была любовницей Чернова. Есть версия, что он её бросил ради тебя, вот она и пришла в отместку на твоих глазах выпить яд.

— Она ничего не говорила про Чернова. Воздействовала на меня магией или гипнозом и заставляла выпить, она бы и без яда меня придушила бы. Но вмешался призрак барона. Если я не ошибаюсь. Никогда его не видела. И как теперь мне быть?

— Теперь Адель Андреевна Попова умерла после падения, объявили уже в газетах. Врачи делали всё возможное, но ушиб головного мозга и рана на ноге не поддались лечению. Другими словами, та женщина умерла и где-то похоронена, как циркачка в общей могиле.

Тётушка не успела договорить, а из моих испуганных глаз хлынули слёзы.

— Но Гриша? А как же мои?

— У них всё хорошо. Они получили первое место, приз, вчера в газетах объявили.

— А есть эта газета? Можно я прочту сама? Пожалуйста, это так важно для меня.

Тётушка поморщилась, понимая, что я не испытаю великой радости от прочитанного, но всё же сжалилась и подала мне вчерашнюю газету.

Быстрее разворачиваю и вслух, проглатывая слова, читаю скороговоркой:

'Решение судей получилось весьма своеобразным, но справедливым. Учитывая трагические события, связанные с внезапной смертью примы А. А. Поповой комиссия единогласно присвоила звание лучшего цирка труппе, в которой выступала несчастная женщина, она дарила нам надежду, и сама её лишилась.

Учитывая, что победители не могут предоставить столице полноценное представление, то второй приз, а именно, в течение года занимать единственный в стране официальный Царский цирк предоставляется господину Алмазову и его великолепной труппе, с чем его и поздравляем'.

В заметке написано ещё что-то…

Но я уже не могу читать.

Грише отдали деньги и выгнали из столицы, подальше от меня.

Дмитрий Антонович Аксёнов не смог получить внятного разъяснения. Нескончаемые переговоры, требования, обивание порогов Тайной канцелярии, госпиталя, где по слухам лечили Адель, ни к чему не привели.