Книга Хозяйка бродячего цирка, страница 78 – Дия Семина

— Не успел. И самые жирные дивиденды с акций, и рента, всё поступает на счета через два месяца. Ангел мой, не сердись, ты прекрасно понимаешь, что мои дела и твои дела как небо и земля. Я пытаюсь действовать в рамках несправедливого закона.

— Какой ты, однако, праведник. Я столько для тебя сделала, и ты меня сторонишься? У меня к тебе новость.

Показалось, что непростой разговор свернул, наконец, на безопасную дорожку.

— Новость? Ты выходишь замуж за своего тайного покровителя?

— Нет, наоборот. Его жена узнала о нас, и мне грозит неприятное общественное порицание, уже столкнулась сегодня в салоне с косыми взглядами и неприятным шёпотом в свой адрес. Так что, это великолепное ландо с четвёркой и браслет — мои отставные. И ты теперь обязан на мне жениться, чтобы спасти репутацию. Это не обсуждается. Я же для тебя тоже сделаю приятный момент, который мне ничего не будет стоить.

— И какой? — Кирилл напрягся.

— Уберу с твоей дороги последних конкуренток за наследство. Ты женишься на мне и тем спасёшь и себя. Никто не посмеет сказать, что ты вообще был заинтересован в Адель. А через три месяца ты станешь последним наследником покойного барона.

— Как у тебя всё просто.

— Да, у меня только так. И, кстати, мой бывший любовник не переживёт этой ночи, а его жена, горько пожалеет о том, что натравила на меня этих светских клуш. Они и тебя бы затравили, женись ты на падшей циркачке. По себе нужно выбирать пару, милый мой! По се-бе! Спасу тебя, а после в Лозанну, ах, мечтаю увидеть настоящие горы. Готовь документы, прямо сейчас начинай. Наша прогулка отменяется.

Зинаида Львовна слов на ветер не бросает, подошла вплотную к обескураженному жениху и сочно поцеловала, приводя его в рабочее состояние.

— Не провожай! Завтра же всё будет кончено, уедем в Швейцарию, а когда вернёмся, ты станешь богатым, и все заткнутся, никто не посмеет ни мне, ни тебе и слова сказать.

Прошептала, заставляя мужское эго напрячься, но не дала себя обнять, отстранилась и поспешно вышла. Пора найти соперницу и сделать с ней то, что должно.

Чернову осталось только отдать срочный приказ, собрать личный багаж, а остальные вещи, вплоть до мебели, какую он с любовью заказывал из Европы, перевести в старинный особняк его матушки. Адель такой изысканной обстановки не заслуживает.

Госпиталь.

— Вы уверены, что мне нужно выпить это лекарство? — пытаюсь протянуть время, надеясь, что как-то ситуация сама разрешится.

Но нет, уже вечер в коридоре тишина, кажется, что новая санитарка силой вольёт мне в рот эту отраву. Даже руку не протягиваю, наоборот, отстраняюсь от женщины со стаканом, и мы обе понимаем, просто так и миром эта ситуация не закончится.

Будь она нормальной, настоящей санитаркой, то плюнула бы и ушла, не хочет больная лечиться, то и бог с ней.

Но эта оказалась настойчивой.

— Уверена! Пейте, это для вашего же блага, мне приказано, чтобы вас быстрее поставить на ноги!

— Кто приказал?

— Главный, с усами такой! — она теряет терпение и протягивает мне «напиток».

— Здесь все с усами! — упорствую в своём нежелании.

— Однако какая вы. Но тогда будем по-плохому.

Не успеваю понять, что значит по-плохому. Она меня бить собралась? Сижу в кровати, облокотившись на стену, бежать нет вариантов, и я готова кричать и звать на помощь.