Книга Хозяйка бродячего цирка, страница 107 – Дия Семина

И страстно целую Гришу, а он, кажется, так и не понял, что это со мной, вроде бы не так сильно я цирк и любила, чтобы вот так впрягаться в новый виток его эволюции.

А просто у меня задержка, и я пока об этом молчу. Но мне хочется осчастливить весь мир, и близких мне людей прежде всего. Когда удостоверюсь — сообщу мужу радостную новость. Если это не сделает раньше аппетит и токсикоз. Так и произошло, мой любимый, внимательный муж обо всём догадался, — я снова окунулась в ласковую эйфорию счастья, какую умеет создавать только Гриша.

А через три недели мы получили огромное письмо от Остапа, расписал как поэму о том, как они кочевали в Ростов-на-Дону. И что ждать не будут, уже собираются назад! На юге началась жаркая весна, скоро и на севере дороги просохнут, и через месяц они с радостью вернутся в столицу.

Появилось устойчивое ощущение, что это единственно верный вариант развития, так и должно быть. И мы не просчитались.

Наши циркачи вернулись, немного отдохнули, и Остап Васильевич окунулся в организаторскую деятельность. Думаю, что теперь ни одно городское гуляние, ни одно мероприятие в столице не обойдётся без цирковых номеров, несмотря на свою очень заметную беременность, я очень много помогаю моим циркачам и с работой, и с обустройством. Пе-Пе Пётр сразу по возвращению в столицу обвенчались, Лола дождалась предложения от Василия, но у них кроме любви появился важный повод, где-то по дороге подобрали сиротку, и мне пришлось помогать «молодым» родителям с документами. Но это ли не счастье, видеть, как люди обретают счастье.

Цирковая семья теперь меня зовёт не иначе как Мамочка. И это очень приятно. Однако и моя жизнь не стоит на месте, скорее стремительно летит. Даже не успела заметить все «прелести» беременности, так цирковые дела закрутили. Но положенный срок я родила девочку и теперь стала счастливой мамочкой.

Однако я была бы не я, если бы и в этом не примешалась толика мистики.

Ужасно боялась рожать, всё же папа у ребёнка крупный, но всё обошлось, наверное, магия помогла, а когда мне на грудь положили маленькую, розовенькую девочку, ни секунды не сомневаясь, я ощутила, что это Петра.

Только открыла рот, чтобы произнести это имя, как вдруг рядом появился призрачный дедушка Андре и неодобрительно покачал головой. Несколько секунд выждал и прошептал имя: «Виолетта, оно более счастливое, не надо напоминать душе о трагических событиях, Петры больше нет!»

И я произнесла вслух имя: «Виолетта!»

Гриша со мной полностью согласился, эту тайну нашей первой дочери-красавицы мы даже Агнес не сказали, чтобы она не расстраивалась. Но её материнское сердце всё равно не обмануть, она обожает внучку настолько, что переехала жить в наш дом. А до этого сопротивлялась, всё время отнекивалась, приговаривая, что не хочет мешать молодым. Теперь же физически не может быть без нас и без маленькой принцессы.

Наша жизнь так и не вошла в обычное обывательское русло, дела и заботы, общественная работа, моя миссия медиума, все эти непростые дела постоянно подбрасывают нам какие-то проблемы, загадки и дела. И это мы ещё не выходим в официальный свет, на балы и премьеры, какое счастье, что без светской рутины у нас с Гришей есть время на друг друга и детей доченьку Виолетту и сына Матвея.

Я окончательно привыкла к этому миру, и другого мне не надо, здесь моя семья, дети, любящий муж и служба в Тайной канцелярии. Никогда бы не подумала, но однажды поняла, это у меня от моего родного дедушки, ставшего мне отцом и лучшим другом из того мира, где я была Алевтиной. Как верёвочке не виться, но дед когда-то шутил, что мне надо было на юридический идти, а не с рекламой связываться, наверное, и осталась бы живой, уж на юридическом я бы с Мишей не встретилась. Теперь по завету дедушки стала госпожой советницей, одной из самых уважаемых женщин столицы.

Мы с Гришей не слишком-то и рвались становиться светскими персонами, но оно само как-то получилось. И про моё цирковое прошлое люди быстро забыли, все угрозы Алмазова канули вмести с ним в неизвестность, ярлыки, какие нам пытались навешать, рассыпались в прах, остались только приятные эпитеты, что мы самая красивая пара столицы, но с этим ведь не поспоришь.