Книга Фальшивая истинная для Злого Ёкая, страница 45 – Хэля Хармон, Кира Иствуд

Я застыла на коленях Азарея, окаменев от ужаса.

Мой желудок сжался в комок.

Мне хотелось закрыть глаза, отвернуться, но я не могла.

Это было слишком чудовищно и… завораживающе.

Первобытно. Животно. Девушка на столбе рыдала всё громче, её тело сотрясали судороги. Её слёзы блестели в двойном лунном свете.

Я увидела, как зрители на первых рядах вскакивают, размахивают руками, что-то кричат, их лица искажены восторгом и азартом.

— Чему они радуются?! — вырвалось у меня хрипло. — Она же плачет!

Азарей усмехнулся. Его рука сжала моё бедро чуть сильнее — успокаивающе или предостерегающе.

— Она плачет от счастья, моя наивная человечка, — его голос звучал снисходительно. — Она досталась сильнейшему. Тому, кто сможет защитить её и дом. Значит, дети будут могучими. Разве это не счастье?

Ами

У меня не было слов.

То ли хотелось сжаться от страха, то ли цедить сквозь зубы ругательства, которые не положено знать девушке из приличного дома. Честно говоря, мне всегда было ближе последнее…

Вообще, моя сестра Лина считала, что я буйного нрава – но это смотря с чем сравнивать. Видела бы она! Знает ли, что в родном мире её супруга Шиарея такие звериные традиции?! Конечно, нет…

И понятно, почему муж моей сестры — благородный ёкай Шиарей — оборвал все контакты со своей семьёй, и они с Линой не гостят на его родине… Вот из-за таких вот традиций!

Если это – счастливейшая ночь в жизни той девушки, то как же тогда выглядит самая не-счасливая?!!

Я закипала… и оторопь уступала место праведному возмущению.

Я знала, что это неразумно – но я буду не я, если не выскажу атану, какой это кошмар, как их развлечения бесчеловечны, и пусть я потом раскаюсь, но… молчать – просто преступно!

Я уже открыла было рот, но…

Меня остановило зрелище на сцене амфитеатра, внизу.

Ёкай-победитель, крепкий, рогатый, с точёными чертами лица уже держал на руках отвязанную от столба юную ёкайку с золочёными рожками. У меня перехватило дыхание – я вдруг отчётливо осознала, что в глазах девушки засияло… счастье?! Девушка нежно обнимала за шею победителя, которому предназначалась. Их лица потянулись друг к другу…

Она его знает! – это стало мне вдруг кристально ясно. Они как-то странно, как коты коротко соприкоснулись носами, и это было очень странно и так пронзительно-нежно, что у меня аж слёзы навернулись. Я сидела онемевшая, в шоке от такого переворота картины с ног на голову… словно это наваждение!

А потом всё стало как прежде: ёкай-победитель показательно зарычал! И взвалил девушку себе на плечо!... Как мешок с рисом!

Ёкай-победитель нашёл взглядом атана и коротко поклонился – это было очень похоже на почтительное приветствие Азарею, которое выдавал при встречах генерал Сейир.

…Кажется, я чего-то всё же недопонимаю.

Под одобрительный рёв толпы ёкай со своей… э… видимо, невестой, скрылись в дальнем арочном проходе амфитеатра – и покинули сцену.

А моё возмущение тем временем полностью сошло на нет, уступив место замешательству. Но я не успела обдумать увиденное.

Вдруг перед троном Азарея возник сухопарый господин – тоже рогатый екай в богатом, расшитом золотом, тёмно-зелёном кимоно. Он упал ниц перед троном, словно его подкосило.

— Атан, умоляю… — голос незнакомца был пронзительным.

— Если ты пришёл просить помиловать твою дочь, что подала мне отраву, то мой ответ нет, министр Гай! – зарычал атан. Его глубокий голос вибрациями разошёлся по моему телу, запуская волну странного тягучего тепла.