Книга Заступница, страница 30 – Владарг Дельсат

Интересно, каким стал Стас? Наверное, тоже лет одиннадцать-двенадцать… Узнает ли он меня? Снова я возвращаюсь к этому вопросу. Я думаю, нет, я верю: он обязательно узнает меня! Иначе быть не может, ведь я без него не смогу! Тётя Сара останавливается, с тревогой вглядываясь мне в лицо, затем вздыхает, откладывая ложку и котелок, чтобы молча обнять меня.

Я сначала замираю, а потом расслабляюсь в её добрых руках. Я просто кожей чувствую исходящее от неё тепло, отчего мне становится спокойнее и не так больно. Я понимаю, что здесь нет той мази, которой меня намазала Вера, поэтому терпеть надо будет ещё очень долго. Но я потерплю, ради Стаса я всё-всё вытерплю. Главное, чтобы он пришёл… Я на всё согласна, лишь бы он был! Лишь бы обнять его, а там ничего не страшно, потому что это же он!

Я слышу, кто-то идёт. Понимаю, что не могу услышать, потому что других-то я не слышу, но сейчас просто тянусь навстречу тому, кто идёт, чтобы увидеть, ведь это наверняка Стас. Кто ещё может почти бежать сюда? Я осторожно высвобождаюсь из объятий тёти Сары, чтобы повернуться, подаваясь вперёд. Несмотря на скачком усилившуюся боль, я тянусь, потому что чувствую — он идёт! Это же он!

— Лерка! — слышу я выкрик и вдруг чувствую такие знакомые руки.

Он изменился, но этот жест, это движение, эти интонации я узнаю из миллиона. Стас пришёл! Я обнимаю его и плачу, не стесняясь, потому что это же он. А мой любимый обнимает меня таким родным жестом, гладит по голове и будто защищает от всего мира.

— Лерка, живая, — выдыхает он.

— Любимый, — отвечаю я ему, ни разу не заикнувшись, потому что это же он.

Тётя Сара и дядя Изя стоят и смотрят на нас со Стасом. Мне кажется, что даже боль унялась, ведь он рядом, он пришёл… Любимый вытирает мои слёзы, очень бережно прижимая меня к себе. Он ничего не говорит, но сейчас и говорить ничего не надо, мне хватает просто того, что он рядом.

— Смотри глазами^[19], Изя, — говорит тётя Сара. — Закрой рот с другой стороны^[20] и просто смотри, что такое амс либе^[21].

— Вундер^[22], — вздыхает дядя Изя. — Просто чудо какое-то, даже и не верится… Им же и двенадцати ещё нет.

— Мальчику есть, — хмыкает она. — Она и выжила только, о нём думая, видала я такое…

Я улавливаю их разговор краем уха, вцепившись в любимого. Кажется, нет такой силы, что сможет расцепить нас, и все вокруг понимают это. Одежда на Стасе непривычная, а ещё и автомат есть необычный — он на спину закинут, я сразу и не увидела. Но мне это не важно, главное же, что он рядом!

— Я с-совсем не-некрасивая с-сейчас… — шепчу я ему, обнимая за шею.

— Ты всегда красивая, — гладит он меня. — Самая красивая моя любимая девочка.

От этих слов я растекаюсь у него в руках, а Стас очень ласковым тоном спрашивает тётю Сару, что со мной. Почему он так спрашивает, я понимаю — не хочет меня пугать, а я… мне так хорошо, когда он рядом, даже почти совсем не больно. Затем любимый укладывает меня обратно лежать, но всё равно обнимает при этом. Мы совсем не расцепляемся, как будто стали единым целым.

— Деточки, видимо, останутся тут, — констатирует тётя Сара. — То и ладно.

— Она без меня не сможет уже, — отвечает ей мой любимый. — Надо будет как-нибудь утрясти это с командирами.

— Изя за тебя поговорит, — улыбается ему она. — Шо они, не люди?