Онлайн книга «Колючее счастье для дракона, или Инквизиции требуется цветовод»
|
Что там в учебниках драконологии писали мудрые старцы? Впервые обретенная ипостась отзывается на сигналы инстинктов. Он сыт, это отбрасываем. Остальное… к счастью, дракониц тут нет. Мысли скакали, дракон все принюхивался к ошарашенным женщинам. Соня… она все-таки испугалась. В рабочем халатике до колен, рядом ведро это глупое. Что она все же тут делает? И тут перед глазами вдруг встала столешница с застывшими на ней грязными разводами. Инстинкт, говорите? Да! У него была парочка, чисто драконьих. Так изгадить его драгоценность! — А кто мыл мой стол⁈ Вопрос был риторическим. Но дракон впечатлился, утрачивая позиции, и Андр тут же осторожненько перехватил управление. Дальше была очень глупая сцена, о которой вспоминать теперь решительно не хотелось обоим. Чешуйчатому, потому что ему даже не дали понюхать ее, а ведь тянуло. А директора просто тянуло и тоже не дали. Мир глазами рептилии выглядел совершенно иначе. И Соня, стоявшая на четвереньках тогда перед драконом, смешной ему не показалась. Это вовсе была не забавная девушка с убранными в неряшливый хвост светло-рыжими волосами, в убогом халатике и кофейной чашкой наперевес. Нет. Он увидел ее совершенно иначе. Как… прекрасный бутон. Обещающий распуститься, тянувшийся к свету, но все еще наливающийся, зреющий, растущий. Там, внутри, за завесой неприглядной зелени плотных чашелистиков, таилась загадка. Многообещающая, светлая, теплая. Как манящий огонек очага в кромешной темноте. Это было так явно, что дракон даже тряхнул головой, отгоняя фантом. А как она говорила с драконом! Даже феечка не рискнула ему возражать, а ведь судя по личному делу, тщательно им изученному, персональный его секретарь была сослана на Эдем «для исправления дерзостного характера»… А когда Соня ушла, оставляя за своей спиной шлейф драконьего сожаления, даже отчаяния, Сильвер дал волю дракону. Ему тоже стресс надо снимать, а лучший способ успокоить дракона (если рядом нет драконицы) — дать волю природной склонности к вандализму и разрушениям. Он и дал. Все равно здание директората ему не понравилось, а столешница драгоценная не сгорит. Феечку выпустил перепуганную, шарфик ей выдал и дал себе волю. Да! Гори оно все синим пламенем! Столько лет себя сдерживал, не пил, не курил и от всего остального… воздерживался! Трижды в месяц — вообще не считается. Удар хвоста — и с громким звоном оконные стекла высыпались вместе с рамами. Стеллажи эти… бесят. Книги жалко, но судя по плачевному состоянию финансов Эдема, это просто подделки. Разворот головой от плеча, удар шеей, и удовлетворенный дракон слышит громкий хруст стропил крыши. И тут все украли. Вместо несгораемой древесины эбена подсунули что-то дешевое. Минут сорок он отрывался. И даже не стыдно. Бездымное пламя драконьей ярости уничтожило все следы того, что было тут до дракона. Важно прошествовал по каменистой дорожке к коттеджу с табличкой «Генеральный директор ВСЕБЕСИМ при Инквизиции Сильвер А. В.», горделиво задрав голову и взмахнув хвостом на прощание (явственно ощущая взгляды сбежавшихся на шум сотрудников), и… в воздухе растворился, нацепив его на самый кончик этого самого хвоста. Они, поди, ждали того момента, когда он попытается впихнуть свою тушу в дверь дома или еще того интереснее — вернет человеческую ипостась и, прикрывая свой голый зад, будет отпирать дверь, но случился облом, то есть сокрушительное разочарование! Зато все в ужасе вдруг поняли, что их новый директор может становиться совершенно невидимым. |