Книга Блондинка и Серый волк, страница 105 – Марианна Красовская, Нани Кроноцкая

— А то, что вы, драгоценный наш представитель рода Бурых волков, ухитрились в схватке победить вашего кузена — сьерра Леонтия из рода Серых… И его, так сказать, ближнюю гвардию. А ведь Леон был несомненным лидером, одолел в поединках и наследника Рыжих — Демьяна и старого Черного Волина. — Стряпчий вытер обильный пот, вдруг проступивший на лбу, тонким кружевным платком и продолжил решительно: — Кстати, куда вы дели тела? Дядюшка ваш, уважаемый сьерр Румис Гриз, очень беспокоится.

— В полнолуние вернутся, — снисходительно махнул лапой Рудольф, вдруг расслабившись.

— Мертвяками? — хладнокровно уточнил стряпчий. — Ты еще и некромант, малыш? Нет, дар, конечно, ценный, и дядюшка твой не вызывает особой народной любви, но не кажется ли тебе, что это слишком жестоко?

— Живыми вернутся, — усмехнулся морф. — Если это сейчас имеет какое-то значение.

— Еще как имеет! — воздел руки к потолку нотариус. — Милосердие — прекрасное качество для короля! Впрочем, магический дар тоже.

В принципе, Рудольф догадывался, зачем его искал нотариус, но сейчас, когда тот произнес это вслух, все равно вздрогнул и дернул даже глазом. Стало как-то не по себе.

— Или ты, или сьер Румис, — развел руками Игнатий, внимательно наблюдавший за наследником. — Знаешь, я позволил себе переговорить с главами семейств… Они все готовы поддержать тебя… вас. Если, конечно, ты сможешь доказать свою личность.

Агата вытаращилась, громко втянув в себя воздух. Вот это да! Нашла она в своей кровати волчонка (ну ладно, кровать была неизвестно чья, но нашла же!), а он бах! И король. А все же она была права! Она же го-во-ри-ла!

— Что значит «доказать»? — Рудольф, кажется, удивился. — Я это я. Разве тут есть другие варианты? Я — волк, я альфа, меня узнали вы и еще куча народу… Я победил Серых, опять же, не забывайте. Что еще нужно? Пустить кровь наследнику? Может, даже сжечь и сравнить с пеплом предков?

— Кольцо, любезнейший, — медленно и терпеливо, словно малому дитятке, пояснил сьерр Игнатий. — То самое, которое ваш батюшка передал твоей матушке для своего единственного сына сразу после рождения вашего. В знак признания тебя своим наследником.

— Ах, кольцо… Надо же.

— Да, да. Я уверен, ты его сохранил, ведь верно? Оно у тебя где-то в банковской ячейке, конечно, как и подобает фамильной реликвии? — стряпчий внимательно осмотрел руки морфа. Тот едва удержался от постыдного порыва спрятать их быстро в карманы. — Сейчас для нас всех очень важно как можно быстрее предъявить твои права на наследство и…

— А если я не предъявлю?

— Заявка на участие в королевском отборе уже подана, дядюшка подсуетился. И оформлял ее не я, как ты понимаешь. Если бы я успел, то задержал бы бумагу… но теперь уже поздно. Руд, мальчик мой, я понимаю, что у тебя нет ни опыта, ни поддержки высших мира сего, но придется тебе попытаться. Главное, знаешь ли, не победа, никто от тебя ее даже не ждет. Еще не бывали морфы королями. Венец королевский благоволил всегда древним магическим родам, сам понимаешь. Но это шанс рода Моро… и рода Гриз тоже показать свое величие. Не участвовать мы просто не можем. Это бы означало падение рода: ты наследник, дружок. Убежать не получится.

— Величие, говорите… Это склоки, интриги и дрязги или пустая казна? Было бы, что показывать, — буркнул морф, так и не решив, радоваться ему тому факту, что никто не воспринимает его как серьезного претендента на королевский престол, или обижаться.