Книга Жестокий развод. Дракона (не) предлагать!, страница 51 – Юлианна Винсент

Я протянула руку вперед, абсолютно не ожидая никакого подвоха, но в момент, когда он застегнул этот браслет на моем запястье, на долю секунды мне показалось, что я увидела перед своим внутренним взором два зеленых драконьих глаза.

Меня бросило в жар, но в следующее мгновение все закончилось так же быстро и неожиданно, как и началось.

— Ну вот, красота! — восхищенно воскликнул торговец, демонстрируя мне результат.

Я посмотрела на свою руку с браслетом и ахнула. Браслет, действительно, был великолепен. И будто светился, хотя, конечно, это могло мне и показаться.

— Так что я за него должна? — вновь повторила я свой вопрос, но и тут торговец меня удивил.

— Только улыбку твою, красавица, — хитро подмигнул мне мужчина. — Только улыбку.

— Так не бывает, — нахмурилась я. — У всего есть своя цена.

В миг торговец стал серьезным и пристально посмотрев мне в глаза, сказал:

— Цена ему — доверие. Впусти его в свою душу и этот браслет подарит тебе счастье и свободу. В противном случае, счастливой и свободной ты не будешь никогда, а браслет рассыпется.

— Может, все-таки лучше деньгами? — с надеждой в голосе, уточнила я.

Но мужчина лишь отрицательно покачал головой.

— Доверие, красавица, — повторил он и отвернулся, давая мне понять, что разговор окончен.

“И где я должна взять ему это доверие? — возмущалась я про себя, бредя в сторону остановки экипажей. — Его в моей жизни отродясь не было!”

Ну ладно, было однажды. Мне было лет пять, мама пообещала, что больше не будет пить и в качестве подтверждения своего обещания повела меня в цирк. Мы очень весело провели день с ней вдвоем: смеялись в цирке, потом ели мороженое и гуляли.

Моя наивная детская душа искренне поверила в то, что мама больше не будет пить, потому что любит меня и я была счастлива.

Но настоящий цирк начался вечером, когда мы вернулись домой. Мама резко изменилась, стала на меня фыркать и дергаться, когда я подошла к ней, чтобы сказать, как мне понравился сегодняшний день и что я очень ее люблю.

— Не нужна мне твоя любовь, — отмахнулась она от маленькой меня, которая плохо понимала причины такой резкой перемены ее настроения. — Мне нужна была любовь твоего отца, но он бросил меня, как только узнал, что я беременная тобой.

Она встала и подошла к шкафу, в котором обычно у нее стояла выпивка. Открыла его, но ничего не увидела.

— Где? — прорычала мама, медленно разворачиваясь ко мне. — Там была почти целая бутылка! Где она?

— Ты же сказала, что больше не будешь пить, — твердо глядя ей в глаза, напомнила я.

— Я спросила, где моя бутылка? — в гневе прокричала мать.

— Я вылила ее, когда ты была в душе, — уже понимая, что последует дальше, честно призналась я.

Удар. Звонкий. Обжигающий. Разрушающий детскую наивную душу и доверие.

— Маленькая дрянь! — прошипела мамаша, замахиваясь снова.

Я не знаю, где я взяла силы, но я поймала ее руку на подлете, пристально глядя ей в глаза.

Уж не знаю, что она увидела тогда у меня во взгляде, но больше она меня никогда не трогала, а я больше никому не доверяла.

Тряхнув головой, чтобы избавиться от непрошенных воспоминаний, я обернулась, чтобы еще раз взглянуть на странного торговца, но ни его, ни лавки, где он торговал, там не оказалось и если бы ни браслет на моей руке, укоризненно едва светящийся, я бы решила, что все это мне привиделось.