Книга Тоннель в Паддингтоне, страница 11 – Кейт Андерсенн

Кензи решительно отставила чашку.

— В таком тоне говорить даже в приватной беседе невежливо, Дороти. Да, мы с Вудом познакомились в день моего приезда и он… мне очень помог.

Дороти повела глазами — не больно поверила.

— Ладно, я не стану говорить тетке Матильде. Посмотрим… что тут твой не друг и не возлюбленный пишет… «Смоет ли дождь грехи столицы?..» Он что, тоже про церковь будет писать?

Иногда Кензи Мун поражалась, что, заботясь о собственном цилиндре и перчатках, Энтони Блер настолько не замечал манер дочери. И где она набралась всего этого?..

Впрочем, когда Кензи впервые задала воспитаннице такой вопрос, Дороти пожала плечами по своему обыкновению и отвечала: «так говорили все: и мистер Блейк, и доктор Уитни, и даже лорд Грей». А кто они такие — «папины партнеры в вист».

— Нет, это не про церковь. Он сотрудничает со Скотленд-ярдом. Иногда.

— Ого! — загорелись восторгом глаза Дороти. — И ты ЕМУ отказала?..

— Я… Дора, такие вопросы задавать невежливо, я тебе повторяю!

— Ненавижу вот это постное лицо и «ах, голубушка, да что вы говорите!», — заломила руки Дороти, пародируя тетушку Матильду или миссис Митчем. — Я предпочитаю говорить то, что думаю.

— Я тоже, — кивнула Кензи. — Но фальшь и уважение — не одно и то же. Я не требую от тебя постного лица, Дороти. Хорошо, — и она, сама от себя того не ожидая, стукнула ладонями о стол и встала. — Раз уж парк отменяется, отправимся в патисерИ*?

— В патисери?! — пришла в восторг Дороти и сразу забыла про газету — к облегчению Кензи: нечего ее юной воспитаннице, пусть и столь дерзкой, читать про загадочные удушения с розами и отрезанными косами. Матильда Блер ее за такое прибьет. И Дьюхарст расследовать это убийство не станет.

Кензи не к месту сделалось смешно.

— Возьми свою шляпку, перчатки, плащ и зонт, а я поймаю нам кеб, — сдержала она улыбку.

— «Паризьен»? — лукаво брякнула Дороти и мгновенно взлетела по лестнице в свою комнату.

Кензи Мун шумно выдохнула. Эта девчонка невыносима.

«Мисс Мун, вы невыносимы», — всплыло не к месту.

*Патисери — транслитерация французского pattiserie, в переводе булочная/кондитерская.

* * *

Вуд Бейкер грыз карандаш и сверял записи. Хмурился. Нетронутый бисквит сиротливо дожидался своего часа. До сих пор эти «розовые убийства», как их окрестили в «Таймс» — а после так же пришлось называть серию и Скотленд-ярду — имели определенный алгоритм и… традицию, что ли. Белая роза, вплетенная в обрезанную косу, а труп хозяйки волос обнаруживается через два дня после в том же районе…

И вот — этот вчерашний скандал в «Паризьен»: одна из посетительниц задушена на заднем дворе поздним пятничным вечером, когда посетителей в патисери один на одном. А никто ничего не видел. На груди убитой роза. Но желтая. Коса отрезана и свернута кольцом вокруг косы.

Закончив со статьей, он заскочил промочить горло чаем, а тут пустота и еще один труп в том самом месте. Идентичный, опять с косой, окольцовывающей желтую розу. А клерк из издательства «Макмиллан» сообщает, что вчера его сотрудница некто Лорелея Блейк не явилась на работу, зато на ее рабочем месте обнаружились коса… и желтая роза.

Он не писал об этом. Секретная информация от тайного осведомителя в Скотленд-ярде.

И как же все это собрать в одно целое?.. Вуд прошелся по вискам растопыренными пятернями, невидящим взглядом уставился в окно, по которому мерно ползли дождевые струи. Смоет дождь такой грех, как же… А вот улики — с радостью.