Книга Академическая станция Пульсар. Испытание Плеяд, страница 94 – Анна Кейв

Я хватаю Лэма за руку.

— Бежим!

Он не двигается. В последний момент скачивает данные на свой носитель и только после этого срывается с места.

Поздно.

Двери захлопывается у нас перед носом.

Мы в ловушке.

Смотрю на Лэма в надежде, что он проявит чудеса взлома. Он бросается к ближайшей панели управления у двери. Его пальцы стремительно вбивают команды, но на экране только красные предупреждения.

— Черт! Они полностью изолировали систему, — он вцепляется в свои волосы.

— Ты что, не сможешь открыть ее?! — не выдержав, срываюсь на крик.

— Это возможно только снаружи. Посмотри, видишь, тут другая система.

Я даже не пытаюсь вникнуть в детали. Нужно как-то выбираться отсюда, пока нас не схватили.

Лэм несколько секунд напряженно молчит, вжавшись спиной в стену. Я лихорадочно осматриваю помещение. Серверные стойки, терминалы, мигающие индикаторы — все это бесполезно.

— Здесь есть аварийные люки? — спрашиваю, переводя взгляд с потолка на стены.

Лэм быстро проверяет схему на своем устройстве.

— Нет. Даже вентиляционная шахта слишком узкая, в нее пролезет разве что Зуви.

— Зуви! — меня озаряет идея. — Пошлем его через шахту найти наших и привести сюда!

— Ты гений, Тальма! — восклицает Лэм. На его лице пляшут красные аварийные огни. Он склоняется над дисплеем браслета: — Нужно послать сигнал бедствия по внутренним каналам и вызвать Яичницу. Она должна справиться с дверью. Акоста и Таллула ее прикроют. Надеюсь, они успеют до того…

Его перебивает собственные браслет. В унисон с моим он бесстрастно сообщает: «Данные защитного фильтра обновлены. Предупреждение. Уровень кислорода снижается до критического. Время до полной дегазации — шесть минут».

— Вот что значил протокол самоуничтожения, — бледнеет Лэм. — Если Яичница не поспешит, мы просто задохнемся.

Закусываю губы, стараясь не поддаваться панике. Шесть минут — катастрофически мало.

Браслет моргает зеленым и вибрирует.

— Таллула пишет, что они уже в пути и просит держаться.

Следом за этим браслет неутешительно сообщает: «Четыре минуты пятьдесят секунд».

Воздух становится ощутимо тяжелее. В ушах начинает звенеть. Я оседаю на пол, борясь с легким головокружением. Лэм садится рядом и сжимает мою руку:

— Они уже скоро. Мы справимся.

«Три минуты тридцать секунд»

Бешеные удары сердца болезненно отдают в голову. Кажется, что мозг пульсирует, наливается кровью, увеличивается и сдавливает черепную коробку.

«Две минуты пятьдесят секунд»

Накатывает паническая атака, и дышать становится еще труднее. Меня тошнит, а перед глазами пляшут мелкие мушки вперемешку с белыми пятнами.

Рука Лэма дергается в судороге. Зуви взволнованно кружит перед нашими лицами. Мне кажется, я даже начала понимать его механическое жужжание. Или это предсмертные игры разума?

«Минута тридцать секунд»

— Малыш… — выдавливает посиневшими губами Лэм, часто дыша. Его, как и меня, покрывает холодная испарина. — Ты всегда был моим лучшим другом. Береги себ-бя. Скажи Яичнице, что я п-попросил тебя присмотреть з-за ней. Она не бросит тебя. Вы в-всегда будете вместе… Всег-гда…

Он закрывает трепещущие веки.

«Пятьдесят секунд»

Пульсар. Некоторые тайны раскрываются лишь тем, кто осмелится сделать шаг в неизвестность

Я не могу дышать.

Из горла рвутся сдавленные хрипы. Прижимаю руку к груди. Сердце готово вырваться и замереть навсегда.