Книга Академическая станция Пульсар. Испытание Плеяд, страница 93 – Анна Кейв

— Значит, я не ошибся в тебе в обеих реальностях.

Входим в технический центр — небольшое и не слишком хорошо охраняемое здание. Скучающий охранник не поднимает взгляд от голографического дисплея, который ведет прямую трансляцию лучших вечеринок Эйфории. Мысленно он там, и это нам на руку.

Забавно, что преступная деятельность на планете кусает себя же за руку. Они бы хоть фильтр выдали охраннику!

Лэм вытаскивает устройство для взлома и подключает его к терминалу.

— Дай мне минут десять. А ты посторожи, — шепчет он.

Киваю и прикрываю его. Впрочем, это и не требуется — на нас никто не обращает внимания.

— Есть, — тихо ликует Лэм и командует: — Пойдем. Живей, живей!

Мы взбегаем по лестнице на второй этаж и застываем посреди коридора. По обе стороны от нас ряды дверей без табличек и указателей.

— Куда нам? — растерянно озираюсь.

— Давай для начала проверим, какие из дверей открыты.

Шутка ли, но все они оказываются незапертыми. Все так просто, что меня не покидает ощущение подвоха.

Лэм первым заглядывает в одно из помещений, я — в другое. Внутри — терминалы, аккуратные ряды серверов, слабое гудение процессоров. Никакой охраны. Как будто нам сами позволили сюда войти.

— Вдруг это ловушка? — опасливо спрашиваю я.

Лэм качает головой.

— Не похоже. Либо они настолько уверены в своем контроле, что даже не считают нужным охранять это место, либо им на все плевать из-за воздействия атмосферы.

Мы заходим в первое попавшееся помещение, и Лэм сразу же подключается к одному из терминалов. Экран наполняется мерцающими строками кода. Лэм быстро вводит команды, погружается в работу. Я нервно озираюсь.

— Что-то нашел? — шепчу я. Хочу скорее убраться отсюда.

— Погоди… Списки закупок, анализ прироста прибыли… За последние два месяца выручка увеличилась больше, чем в сто раз, — он присвистывает и переносит данные на портативный носитель. — Ищем дальше.

Мы переходим в другое помещение, и Лэм проделывает с терминалом те же манипуляции.

— Вот черт…

— Что такое? — я испуганно всматриваюсь в записи, которые он открыл.

— На Эйфорию доставляют политзаключенных, контрабандистов, пиратов и особо опасных преступников.

— Зачем? — хмурюсь я. Не в отпуск же.

— Для допроса.

— Под воздействием атмосферы они становятся сговорчивее! — догадываюсь я.

— Именно.

— А что, если твои родители…

Он перебивает меня:

— Уже проверяю.

Он запускает процесс расшифровки, и через несколько секунд на экране появляются списки имен. Лэм пробегает взглядом по ним. Вздувшая венка на его виске пульсирует от напряжения.

— Эспече, — упавшим голосом шепчет он. — Чилья и Рендон Эспече. Они были здесь десять лет назад.

— О, Лэм… — Я кладу руку ему на плечо, но он не реагирует. — Написано, что с ними стало? В какую тюрьму их определили?

Он резко выдыхает и продолжает вводить команды.

Экран заполняется новыми данными.

— Они вели голографические записи вынесения приговоров. Где же… Где… Нашел! Сейчас активирую.

Он нажимает на кнопку раз за разом, но ничего не происходит. Проектор-голограф мерцает голубоватым свечением, но не воспроизводит запись. Лэм чертыхается:

— Система глючит. Сейчас я…

Но прежде чем Лэм успевает договорить, в помещении вспыхивает красный свет, а из динамиков раздается холодный механический голос: «Внимание. Несанкционированный доступ. Протокол самоуничтожения».