Книга Все чудовища Севера, страница 182 – Ана Тхия

— Открывай! – сразу крикнул Скалль.

Тяжёлые ворота, запертые на закате, глухо заскрипели. Сразу четверо стражников тащили их в стороны. Медленно створки раскрывались перед конунгом, а сердце его стремительно стучало. Сон мигом улетучился.

Перед Скаллем предстало зрелище, заставившее даже его, видевшего чудовищ и чудеса, на мгновение замереть. За стеной в предрассветной дымке стояло войско. Сотни бородатых воинов в сверкающих кольчугах, с топорами и щитами, украшенными руническими символами. За ними тянулся небольшой обоз – тяжёлые телеги, груженные оружием и инструментами.

Но более всего поражал тот, кто стоял впереди.

Скалль знал его имя из рассказов Уллы и сразу догадался, что это он.

Громрик, вождь гномов.

Он был молод – наверняка только по гномьим меркам, – но в его осанке чувствовалась многовековая мудрость рода Дурина. Невысокий даже для гнома, он казался выкованным из самой горной породы: широкоплечий, с грудью как наковальня и руками, способными скрутить меч в рог. Его борода, рыжеватая, с проблесками меди, была заплетена в сложные косы.

На его голове красовался шлем необычной формы. Не круглый, как у других гномов, а остроконечный, напоминающий горную вершину. На груди был пластичный доспех с выгравированным фамильным знаком в виде горных вершин Свартальвхейма. Такой же был на бляхе, что Скалль сжимал в руке.

За спиной у него стояли уже знакомые Улле гномы.

— Конунг Скалль, – голос Громрика звучал будто раскаты. – Мы пришли принять ваш союз.

Скалль ощутил, как сердце ухает вниз. Он готовил себя к отказу гномов, ведь совсем ничего не знал об этом народе.

Он едва заметно выдохнул, не отрывая взгляда от гостей.

— Борре открывает ворота перед родом Дурина, – громко произнёс он и склонил голову в почтенном поклоне.

Громрик кивнул и поклонился в ответ, а потом махнул рукой, приглашая гномов зайти. Скалль развернулся и пошёл впереди, прокладывая дорогу.

— Где мы их разместим? – задумчиво шепнул Хальвдан. У остальных пропал дар речи от увиденного, они молча плелись за конунгом под нарастающий восторженный шёпот окруживших их людей. – Город переполнен.

— Значит, потеснимся.

Скалль остановился посреди площади, окидывая взглядом Борре. Люди вываливались из своих домов, ещё не узнав о главном событии утра. Но вереница гномов, тянущаяся за конунгом, уже вошла в город, привлекая внимание.

— Корабельные доки, – решил Скалль. – Пока море во льдах, они нам без надобности. А места там предостаточно.

— Нам подойдёт, – хмыкнул Громрик, поравнявшись с Хальвданом и Скаллем. – Мы не задержимся дольше положенного срока. Надеюсь, что вёльва твоя права насчёт Рагнарёка. А только мир воцарится, надеюсь, мы в Свартальвхейм вернёмся.

Вожди одобрительно посмотрели друг на друга, и Скалль повёл их на берег.

Вместе с подоспевшими берсерками удалось быстро расчистить доки и верфи, покрытые крышами, чтобы разместить там гномов. Как и берсерки, они не жаловались на бытие. А Громрик даже отказался от комнаты в Длинном Доме, решив, что будет ближе к своему народу на равных условиях, чем вызвал ещё большее уважение у других вождей.

К полудню на берегу была настоящая суета. Люди, кто не был занят привычными за эти дни делами на укреплениях, помогали гномам, восторженно болтая с ними. Среди гостей были не только воины, но также дети и женщины, которые с подобным же рвением хотели общаться с народом Мидгарда.