Книга Долина снов, страница 123 – Майк Омер, К. Н. Кроуфорд

Смотрю на небо – предрассветный свет окрашивает облака бледно-янтарным. Боги, помогите мне… Я должна сделать это сейчас. Затаскиваю тела на зазубренные камни, передо мной разверзается черная пропасть. И с трупами в руках я проваливаюсь в портал.

Тяжело приземляюсь на холодную каменистую землю Авалона, оглядываюсь вокруг и вижу высокие каменные кольца в первых молочных лучах утреннего солнца. Тела прошли через портал вместе со мной.

Вдали по саду разносится тихий раскатистый смех. Держась за раненый бок, я поднимаю глаза и вижу Мордреда. Он приближается, его темный плащ развевается за спиной.

— Ты что-то принесла мне, дочь? Подарок? Как кошка приносит дохлую мышь хозяевам? Как мило…

— Мне пришлось от них избавиться. – Я все еще задыхаюсь.

— Ты ранена. Позволь тебе помочь.

— Вы владеете магией исцеления?

Он качает головой:

— Боюсь, что нет.

— Значит, поможете с помощью иглы и нитки?

— Мне понадобится какое-то время, чтобы найти их.

Я смотрю на руины замка:

— Не беспокойтесь. Нужно избавиться от трупов. Сумеете?

На его губах играет мрачная улыбка:

— Я помню твой взгляд, осуждающий меня за убийство тех людей в Лотианской башне. Но, если честно, дочь моя, ты очень похожа на меня. Я рад, что ты такая же безжалостная.

У меня сжимается горло:

— Просто избавьтесь от трупов.

И с этими словами возвращаюсь в замок своих врагов.

Пошатываясь, поднимаюсь по лестнице и зажимаю рукой бок под плащом, пытаясь остановить кровотечение. Правда, постоянная ходьба не способствует этому. Плащ почти целиком пропитался кровью, к тому же я вряд ли сумею скрыть на лице гримасу боли или паники из-за такой большой кровопотери.

Наконец добираюсь до своего коридора, в окна льется утренний свет. Хоть бы никто не вышел и не увидел, как я, полуживая, ковыляю к себе…

У двери стоит Эшлинг, у нее в руках поднос с завтраком. Стискиваю зубы. Придется скрывать боль и притворяться, что всё в порядке. А знаете что? Я научилась этому еще в детстве: улыбаться и делать вид, что всё замечательно, даже если мир сгорел дотла. Когда приезжает полиция, ты улыбаешься и говоришь, что у мамы просто температура и скоро ей полегчает.

Подхожу ближе, Эшлинг поворачивается с лучезарной улыбкой:

— О, слава богам, вы вернулись! Я так волновалась… Вы попросили солдат сопровождать вас? Что-то непохоже… Это и вправду плохая идея, Ния, путешествовать одной. Своей дочке я никогда не позволила бы разгуливать в одиночку по окрестностям. Я очень надеялась, что вы вернетесь… Я принесла фрукты и сыр. Здесь накрыть или на балконе?

Меня подташнивает, голова кружится, но я улыбаюсь в ответ:

— Всё в порядке. Просто захотела ненадолго съездить домой, повидаться с папой… У него всё отлично.

Подхожу еще ближе. Служанка хмурится, сжимая поднос:

— Вы хорошо себя чувствуете?

Твою мать…

— Просто жар. Скоро пройдет.

— О, конечно… Тогда принесу вам целебный отвар от лихорадки.

Во рту сухо, в глазах начинает темнеть:

— Я порвала платье.

Эшлинг удивленно вскидывает брови:

— Не беспокойтесь. Я все починю.

Я машу рукой:

— Нет, мне сегодня нечего делать, совсем нечего. А я очень люблю штопать. Особенно если неважно себя чувствую… Можешь просто найти иголку с ниткой? Позволь мне чем-нибудь заняться, пока у меня жар.

— Но это и вправду моя работа, миледи.