Книга Прах херувимов, страница 65 – Евгения Райнеш

Вообще-то Гера несколько дней казался не в себе. Задумчивость никогда не являлась его отличительным качеством, но в последнее время продавец пончиков так погрузился в свои мысли, что все попытки Яськи призвать его в союзники против отвергающего действительность Ларика терпели полный провал. И Гера старательно уклонялся от разговоров про Тумбу, которого, кажется, с тех пор так никто и не видел. Это ещё можно понять: он был очень привязан к ничейному псу. Но чем объяснить его явные попытки избежать общения с Яськой?

Она тут же поняла, что Гера идёт странно: шаркающей походкой, жмётся к заборам, внезапно наклоняется, словно старается разглядеть какую-то мелочь в пыльной траве. Перед Лариковым домом он вдруг упал на четвереньки, и Яське показалось, что её старый-старый знакомый начал быстро и судорожно рыть то ли яму, то ли подкоп под забор. Хлопковые стрейчевые штаны обтянули худую задницу, она торчала из-под забора светлым журавлиным клином.

— Это… — Яська почувствовала, что её глаза сейчас выйдут из орбит. — Это что он там делает?

Она сама не заметила, как заговорила вполголоса.

— Ищет, — довольным шёпотом ответила Алина. — Он там явно ищет.

«Тумба, юмба, тыц-дыц», — надрывалось радио в машине.

Это была самая энергичная волна из всех, что Даня держал в быстрых настройках. Шумная, весёлая, с безбашенными диджеями и с такой же сумасшедшей музыкой.

Но сейчас она совсем не вписывалась в ритм еле ползущей кавалькады авто. Даня досадливо поморщился, глядя в черный зад уже достаточно надоевшего ему BMW. Внедорожник, застивший белый свет, конечно, не виноват, что все они застряли в бесконечной пробке, и Даня понимал это, но всё равно ненавидел задницу «немца».

«Тыц-быц». Он хлопнул с досадой по мягкой оплётке руля. Череда мелких невезений в этот месяц просто зашкаливала. Начиная с момента, когда ему предложили подработать в санатории курортного города. Вернее, когда обломили. Почему он не насторожился сразу: потенциальный работодатель купил ему билет на поезд, а не на самолёт. Оплату пообещал достойную, поэтому затейник не заподозрил его в скупердяйстве. Мало ли, какие там траблы в бухгалтерии? Главное, подписать нормальный договор.

Он взял отпуск. Как последний дурак сел в еле тянущийся поезд и прибыл на место. Там произошла какая-то накладка, и Даня, искупавшись два раза в море и набив ещё одну татуировку, отправился обратно домой. Что делать с уже взятым отпуском он представления не имел. В планах на лето отдых не значился. Даня как раз хотел подработать, и это приглашение оказалось очень кстати. Два месяца на всем готовом, у моря, плюс неплохая оплата…

— Чёрт! — Даня опять в бессилии перед неумолимой судьбой стукнул по рулю. — Чёрт, чёрт…

А самое обидное: город буквально за трое суток Даниного отсутствия просто опустел. Словно вымер. Все хорошо знакомые и не очень хорошо знакомые приятели испарились по каким-то неизвестным весям.

Даня терпеть не мог это состояние. Человека, выпавшего из ритма жизни. Он всегда старался быть в самой её сердцевине, на острие. Поэтому, несмотря на издёвки школьных приятелей, поступил на факультет «массовых мероприятий». И с тех пор с удовольствием кружился в бесконечном хороводе праздников. Сам их создавал, но главное: вокруг него всегда были люди, много людей, толпы. Нарядно одетые, вкусно пахнущие, со счастливыми, пусть и не всегда трезвыми глазами.