Книга Развод с драконом-тираном. Хозяйка проклятого поместья, страница 26 – Диана Фурсова

Рэйгар сжал челюсть.

— Я так и думал.

Вера ухватилась за это “я так и думал” как за нитку.

— Значит, ты знал, — сказала она. — Ты знал, что они делают со мной. И всё равно подписал.

Рэйгар поднял на неё взгляд.

— Ты хочешь снова этот разговор? Здесь?

— Я хочу правду, — сказала Вера. — Здесь. Сейчас. Потому что дом слушает. И пусть слушает. Пусть знает, что я не молчу.

Рэйгар сделал ещё один шаг — и Вера оказалась прижатой спиной к перилам крыльца не рукой, не силой, а просто его присутствием.

— Правду? — его голос стал ниже. — Правда в том, что ты ещё жива, потому что я подписал. Если бы я не подписал — ты бы умерла вчера на балу.

Вера почувствовала, как кровь ударила в лицо.

— Ложь, — прошептала она.

— Попробуй не поверить, — сказал он.

Она смотрела в его глаза и ненавидела то, что внутри, под ненавистью, шевелится сомнение.

— Тогда объясни, — сказала Вера, почти сквозь зубы. — Хоть раз.

Рэйгар молчал слишком долго.

Потом отступил на полшага — словно сам заметил, как близко подошёл.

— Я не могу, — сказал он тихо. — Не здесь.

— Конечно, — Вера усмехнулась. — Ты всё “не можешь”. Ты можешь только приказывать и подписывать.

— Вера…

Она вздрогнула от того, как он произнёс её имя — не “ты”, не “ссыльная”, а имя.

— Не говори так, будто тебе не всё равно, — резко сказала она. — Ты слишком хорошо это изображал на балу.

Рэйгар сжал пальцы, но сдержался.

— Проведи меня в дом, — сказал он. — Я хочу увидеть метку.

— А я хочу увидеть, как ты извиняешься, — ответила Вера. — Но мы, похоже, оба сегодня не получим желаемого.

Рэйгар посмотрел на неё так, будто хотел что-то сказать — не приказ, не угрозу. Но вместо этого просто произнёс:

— Веди.

Дом встретил Рэйгара тишиной.

Не той тишиной, что была для Веры “пищей” проклятия. Эта тишина была выжидательной — как перед схваткой.

Вера шла впереди, не оглядываясь, но чувствовала его за спиной — как жар в холодном коридоре. Дорн и Лис держались на расстоянии. Саймон куда-то исчез — наверняка спрятался, как делал всегда, когда приходила власть.

На втором этаже, у Вериной комнаты, Вера остановилась.

— Здесь, — сказала она.

Рэйгар вошёл первым.

Он увидел метку сразу. Его взгляд стал жёстким.

— Это не просто “след”, — сказал он тихо.

— Спасибо, я догадалась, — отрезала Вера.

Рэйгар подошёл ближе к стене, но не коснулся. Смотрел так, будто мог прочесть камень, как письмо.

— Она свежая, — произнёс он. — И она рядом с кроватью. Значит, дом обозначил тебя как… центр.

Вера почувствовала, как неприятно кольнуло в груди.

— Центр чего? — спросила она.

Рэйгар посмотрел на неё.

— Игры.

Слово прозвучало слишком знакомо: “игра началась”.

— Тогда ты приехал играть? — спросила Вера.

— Я приехал остановить, — сказал он.

— Ты? — она усмехнулась. — Ты умеешь только запускать.

Рэйгар резко повернулся к ней.

— Тебе нравится злить меня?

— Мне нравится правду, — сказала Вера. — А правда в том, что ты всё время стоишь между “должен” и “хочу”, и выбираешь “должен”. Удобно.

Он сделал шаг к ней, и в этот момент Вера почувствовала — не рационально, телом — насколько он опасен.

Не потому что он мог ударить.

Потому что он мог приблизиться — и она могла не отступить.

Рэйгар остановился в шаге.

— Не переходи черту, — сказал он.

— Какую? — Вера подняла подбородок. — Ту, которую ты мне нарисовал браслетом?