Онлайн книга «Убийство в твердом переплете»
|
Я поднялась проверить работоспособность книжного пресса с двумя винтами. Он отлично подойдет для фиксации книги корешком вверх, сшивания «тетрадей», склеивания и, может быть, даже для повторного золочения надписи на корешке и придания ей «красивого вида», как того требовали клиенты. Винты пресса нуждались в смазке, но в остальном это был вполне годный инструмент. Этот тип пресса с двумя независимыми винтами – идеальное решение для книг, поврежденных водой и плесенью: они часто бывают вздувшимися и неровными. Я работала и параллельно изучала причудливый текст книги – конечно, полностью на немецком. Я могла разобрать дай бог пару слов – и то исключительно благодаря двум неделям катания на лыжах в Гармиш-Партенкирхене во время учебы в колледже. К сожалению, тут не было никаких упоминаний о распитии дешевого немецкого пива или экстремальном сноубординге – это я перевела бы без проблем. Я сделала себе пометку купить немецкий словарь и обычного бумажного «Фауста». И прочитать о человеке, продавшем свою душу дьяволу, по версии Гёте. Дьявол… Мои руки так и застыли на странице, когда последние слова Абрахама всплыли в сознании. Помни про дьявола. Меня захлестнуло волной отчаяния оттого, что я все еще понятия не имею, к чему это было. — Тук-тук. — Ой! – Я подняла взгляд и увидела в дверях Конрада Уинслоу. – Мистер Уинслоу… Вы застали меня врасплох. Заходите, пожалуйста. Слава богу, он был один. Едва ли я была готова к еще одному раунду уклонения от отравленных дротиков, которые метала бы в меня драгоценная Мередит. — Простите, дорогая… – Он выглядел несколько смущенным. — Всё в порядке. Я иногда с головой ныряю в работу и не замечаю ничего вокруг. — Видимо, вы очень любите то, что делаете. — Да, очень. Чем я могу вам помочь? Это прозвучало подобострастно, но, как ранее заметил Иен, мистер Уинслоу здесь главный, а значит, подобострастие у нас – слово дня. Некоторое время он молча рассматривал «Фауста», а затем произнес: — Это нечто, правда? — О да. – Я улыбнулась. — Я никогда не был большим книгочеем, – продолжил Конрад со смущенной улыбкой. – Спортивные и финансовые колонки – вот это ко мне. Но вот он я, среди всех этих книг… Иронично, вы не находите? — Но и закономерно вместе с тем. – Я перевернула страницу и прошлась кистью по шву. – Ваша коллекция прекрасна, а «Фауст» – просто фантастика! — Да, пожалуй… – Он оглядел помещение, затем перевел взгляд обратно на книгу, не встречаясь со мной глазами, и сделал несколько шагов от стола. – Вы слышали о проклятии «Фауста»? Я сделала пометку о пятнах на следующей странице. — Да, конечно. Ошеломляюще, правда? Он пристально посмотрел на меня. — И вы не против работать над тем, что может вас убить? Моя улыбка тут же исчезла. — Но, мистер Уинслоу, это же просто легенда. Книга не может… — Это не легенда, – возразил он суровым тоном. – Эта штука проклята. Мой дед получил эту книгу и умер от отравления ядом уже через пару дней. Затем книга перешла к моему двоюродному дяде, и тот скончался менее чем через неделю. Попал под трамвай! И двоих моих кузенов постигла та же судьба. Так что никакая это не легенда. — Но… — Одного из них нашли болтающимся на веревке. Но он не был самоубийцей! – Мистер Уинслоу достал платок из кармашка на груди и промокнул бровь. – А теперь эта книга убила Карастовски… Я хочу изъять ее с выставки, пока никто больше не пострадал. |