Онлайн книга «Кофейня «4 минуты 33 секунды»»
|
— Это… жутко. – Я невольно поежилась. Хигурэ кивнул и добавил: — Бывают хранители, которые ни разу не терялись. Хаяри, например. Он посмотрел на Хаяри, и та пожала плечами. — Просто для меня самое важное время – это сейчас. – Она широко улыбнулась. — А вы, Хигурэ, когда-нибудь терялись? – спросила я. — О, вот уж у кого чувство направления отсутствует напрочь. – Хаяри засмеялась, а Хигурэ неловко улыбнулся. — Вы встречаетесь? Хаяри мгновенно посерьезнела и нахмурилась. — Ни в коем случае. Милым птенчикам я предпочитаю статных мужчин. — Вроде Кобаяси? — Именно. Жаль, что Кобаяси так любит свою жену. По-моему, Хигурэ для птенчика уже слишком взрослый. Да и его самого слова Хаяри не убедили. — И все-таки… заблудиться во времени очень страшно. Стиснув кружку в ладонях, я думала: что бы я делала, если бы не нашла обратную дорогу? От этих мыслей стало еще страшнее, и я прижала ладони к груди. Вдруг что-то теплое коснулось моего колена. Я ойкнула и посмотрела вниз – это был нос большой собаки. — Мокко, если Химари тебя прогонит, не приставай к ней, – строго сказал Хигурэ. Светло-коричневая собака – золотистый ретривер по кличке Мокко – глядела на меня своими черными глазами. Я осторожно погладила ее по круглой голове, и собака зажмурилась от удовольствия. — Нет, я не буду ее прогонять, но… Мне еще не доводилось гладить больших животных. Когда-то в Обихиро нас с младшей сестрой повезли на ипподром – там можно было познакомиться с лошадями и даже их потрогать. Скакуны казались нам размером со слона. Когда сестра попыталась погладить лошадь по морде, та укусила ее за палец. Лошадь, скорее всего, не хотела причинить нам вреда и серьезной травмы не нанесла. Однако палец покраснел и довольно сильно болел, поэтому сестра проплакала чуть ли не весь день. После этого случая мама запретила мне трогать животных – юной пианистке нужно беречь пальцы. Впрочем, я больше не играю, поэтому могу гладить кого угодно. Например, эту собаку с добрыми глазами. — Мокко – обученная собака-терапевт. Так что не волнуйтесь, она точно не укусит, – заверил Хигурэ. — Как мне лучше ее погладить? — Мокко рада любым поглаживаниям, – с улыбкой ответила Хаяри. — Это правда, она как ребенок – любит ласку. Но больше всего ей нравится, когда гладят по спине и за ушами, – сказал Хигурэ. Я успокоилась и осторожно почесала Мокко за ухом. Оно оказалось очень мягким и теплым. Вдруг зазвенел колокольчик, и в кофейню вошли две посетительницы лет тридцати. Первая была слишком ярко одета и накрашена, однако поразительно красива, а еще от нее приятно пахло. Вторая, со стрижкой каре, была в скромном голубом платье. Мокко даже при появлении новых людей продолжила тихо сидеть у моих ног. — Добро пожаловать! Вы можете занять любой столик, – обратилась к ним Хаяри. — Вы что, собак сюда пускаете? – громко сказала яркая женщина. – А как же санитарные нормы? — Собака послушная и чистая, так что будьте спокойны. Женщина с каре, видимо, любила собак, поскольку улыбнулась, глядя на Мокко. Она села у окна подальше от стойки. Мне показалось, что она в «Тасет» не впервые. — Не люблю животных, от которых на одежде шерсть. Они еще и грязь на себя собирают, просто кошмар, – опускаясь в соседнее кресло, сказала яркая женщина так, чтобы нам было слышно. |